Вечер мой, бесталанный мой,Закалякай пути домой,И, об стакан звеня,Ты нарисуй меняВ самом убогом виде,Двери размажь и вытри,Чтоб не зайти, не выйти.Белой кистью в одном мазкеПроведи меня по Москве,Кляксами ставь огни.Выше земли толкни —Чтоб разлетелась гулом,Чтоб на бульваре хмуромТополь захолонуло…* * *Седой бедой от неба до СаянМне голос твой из тишины сиял.Такая затевалась заваруха,Где жил потомок снега и славянНа древней смеси зрения и слуха.Глотали рёбра пение стрелы,Но шли в атаку русские тылы —Всегда в песке и серые от глины.И спали – от Таймыра до Тывы —Ничейные, но братские могилы.Я буду здесь, пока не отзвенелМне голос разнотравья и зверей:Так жизнь свою о землю истрепали,Кто с молоком монгольских матерейВсосали дым над дикими степями.* * *По Енисею сплавляют лес и теряют брёвна.Брёвна потом мужики вылавливают, из местных.Какие-то топляки достигают моря,Дальнейшая их судьба неизвестна.Топляки – это те, что прошли и топор, и воду,Самое прочное дерево, из железа.И когда они вырываются на свободу,Знаешь, что строит море из нашего леса?Можно расти, всем берегом помня время:То ледостав, то ледоход, то сплавы.Лето, похожее на смолу, смородину и тайменя.Зиму, срастившую этот берег и правый.Мальчика, что пропал за тем перевалом.Женщину, что утопла за тем порогом.Если весной земляники бывает мало,Значит, потом грибов уродится много.Зверь не почешет спину, метнётся тенью,Линия гор – то прямою, то непрямою.Корни из нашей земли не выдернешь, только телоПадает, падает и уплывает к морю.* * *
