Страсти перед вратами стали накаляться и, возможно, произошел бы некоторый эксцесс, но, к счастью для всех, Федору понадобились перчатки, которые, как он неожиданно вспомнил, он оставил в домике того самого сторожа. Сторож помчался искать перчатки, узрел нашествие, метнулся назад на псарню, где Федором был сгоряча обруган, во-первых, за то, что явился он без перчаток, во-вторых, за то, что плохо стережет ворота и, в заключение гневной речи, был послан эти самые ворота отворить.
Федор, покинув и псарню и охотников, еле успел незаметно улечься в постель и принять болезненный и сонный вид. Не самый малый подвиг, при шуме, царящем в усадьбе, но он блестяще справился с ролью.
Бирон вошел в спальню Федора, когда тот уже удобно устроился на подушках в огромной кровати и, как следует закопался под одеяло. На Федоре была батистовая ночная сорочка с итальянскими кружевами, а волосы убраны под сетку, потому лишь, что он терпеть не мог ночных колпаков. Некоторое несоответствие в костюм вносили охотничьи бриджи и сапоги для верховой езды, надетые на Федора, ведь времени их снять не осталось, но под пуховой периной их было тяжело заметить.
- Приветствую, Ваше Сиятельство, - слабым голосом сказал Федор, указывая на кресло рядом с остывшим камином.
- Приношу Вам, полковник, свои сожаления в том, что мешаю Вам болеть, - с усмешкой сказал временщик, - но кажется, Ваши домашние тоже не слишком печалятся по поводу Ваших, несомненно, значительных недомоганий.
- Почему Вы так решили? - спросил Федор, поглубже закапываясь в подушки, - Мои домашние, наоборот, очень беспокоятся обо мне, а, зная, как я люблю свежий кабаний окорок на Рождество, решили доставить мне удовольствие.
- Я вызывал Вас в Петербург, полковник, - уже более твердым тоном сказал Бирон.
- А я не припоминаю, чтобы находился на государственной службе. К тому же обучение в Академическом Университете прервано, я - частное лицо, - дружелюбно ответил Федор, затем добавил, - Присаживайтесь, герцог, вот кресло.
- Все мы служим Отечеству, - пафосно сказал гость, усаживаясь.
- Полноте, Ваше Сиятельство. Наши с Вами Отечества прекрасно без нас обходятся, - заявил Федор.
Это, конечно, было прямым оскорблением для фаворита, и у того заиграли желваки. Федор в обычном случае так никогда не поступил бы, но он был слишком раздражен всей этой историей с ведьмаками.
Сиюминутное раздражение Федора так же было велико - ведь охотники убрались прочь со двора, зная, что их ждет отличная добыча - егерь выследил двух огромных секачей, а ему теперь приходилось вежливо беседовать с царедворцем, из-за болезненного самолюбия которого вся история и произошла.
- Я действительно понимаю Ваш гнев, полковник, - неожиданно для самого себя, сказал Бирон, - теперь понимаю. То, что происходит в столице последний месяц - не поддается никакому контролю или лучше сказать.., - он махнул безнадежно рукой, - Неужели только трое мужчин удерживали город от таких серьезных неприятностей?
- Нет, Ваше Сиятельство, - покачал Федор головой, - Не трое. Только один. Сыновья Алексея Скворцова, Вами сосланного в Сибирь, в помощники ему пока не годились, - Федор вылез по пояс из-под перины и подушек, чтобы покрасоваться итальянскими кружевами на ночной сорочке, значительно более богатыми, чем на парадном жабо канцлера, - Кстати, что со Скворцовыми? Вы, конечно, распорядились вернуть их, возвратить им имущество и изрядно компенсировать весь тот урон, что семья потерпела из-за Вашей тупости?
- Распорядился.., - сквозь зубы сказал герцог.
Весь этот разговор нравился ему все меньше и меньше. Не то, чтобы он рассчитывал на слишком радушный прием, но это выходило уже за всякие рамки.
- А Вы, я вижу, совсем отвыкли от свободного разговора, - Федор ловко выдернул из плеча перо и точнехонько метнул его в камин.
Дрова вспыхнули, как от пороха. Взревело пламя. Гость вскочил на ноги. Через мгновение он спрятал свой испуг.
- Отвык! - и снова уселся в кресло, поближе к огню.
- Итак, Ваше Сиятельство, Вы изволили облагодетельствовать это ничем ни примечательное семейство, какова же потребность во мне?
- Потребность в Вас велика, полковник. Ибо это непримечательное семейство моих милостей не увидело!
Федор приподнял бровь:
- С ними что-то случилось?
- Все это семейство попросту исчезло, полковник! Они знали об аресте и заранее приняли меры!
- Не могу не согласиться с разумностью их позиции, Ваше Сиятельство...
- Пусть их найдут!
- Да? И кто? - Федор засмеялся, - Забудьте об этом! По поиску у нас как раз Скворцов и подвизался! - тут тон Федора стал абсолютно холодным и резким, как нож, - Теперь ясно Вам, что Вы натворили?
- Вам надлежит исправить создавшееся положение, - холодно ответил герцог.
- Мне? Надлежит? Ваше Сиятельство, несомненно, не хочет, чтобы я тоже исчез и тоже, совершенно бесследно?
- А если я захочу?
- Это будет последним желанием Вашего Сиятельства, - Федор махнул рукой и перед Бироном прямо в воздухе возник развернутый пергамент. Буквы его светились огнем, - Читайте. Но сначала - посмотрите на подпись.
