Нет, оскорблений я ничьих не потерплю.Царь знает, кто за честь его семьи вступился,Кто первый требовал и для него добилсяГлавенства средь царей, соперников его,Кто подготовил здесь вот это торжествоИ завершит его победой над спаленным,Разрушенным дотла надменным Илионом,Награды для себя не требуя иной,Как чести вас назвать возлюбленной женой.В ответ на искренность и дружбы проявленьеЯ вижу злобу, ложь и клятвопреступленье,Попытку заговор в туман речей облечьИ хитростью меня в свой замысел вовлечь,Чтоб, к алтарю придя для бракосочетанья,Я стал пособником свирепого закланья,Как будто я взмахнул их жертвенным мечомИ не супругом был для вас, а палачом!А если б я попал в Авлиду днем позднее,Чем стал бы он для вас, тот праздник Гименея?Доверие к своим гонителям храня,Вы б к алтарю пошли, чтоб встретить там меня,И, беззащитная, от ужаса стеная,Погибли под ножом, Ахилла проклиная?Обманывать врага дозволено врагу,Но лжи союзникам простить я не могу.Я вправе у царя потребовать ответа:Предательством мое достоинство задето,И, если надо мной дерзнул глумиться он,Напомню я ему, что я еще силен.
Ифигения.
Пусть даже вы в своем негодованье правы,Но, если любите по-прежнему меня вы,То можете сейчас мне это доказать:Царь, коего вы так хотите наказатьИ уличить во лжи, клеймя пред целым светом, —Отец мне. Да, Ахилл. Подумайте об этом!
Ахилл.
Он ваш отец? Скорей на палача похожОтец, свое дитя толкающий под нож!
Ифигения.
Я дочь его. И пусть он отягчен виною,Он — мой родной отец, всю жизнь любимый мною.Кто как не он растил и пестовал меня,Берег и опекал до нынешнего дня?С младенческих пелен пред ним благоговея,Поверить не могу о нем дурной молве я,И, как сегодня боль моя ни велика,От гнева на него я все же далека,А вы, ведя здесь речь рассерженную вашу,Мне горькую, Ахилл, испить даете чашу,И муку эту я безропотно терплюЛишь потому, что вас уже давно люблю.Ваш приговор отцу жесток и беспощаден.Не верю я, что он так зол и кровожаден,Чтобы на гибель дочь бестрепетно вести.Отец бы спас меня, когда бы мог спасти.Прибыв сюда, я бед еще не ожидала,Но на его глазах вдруг слезы увидала:Он глубоко страдал. И груз его скорбенВы отягчаете враждебностью своей.
