Эдип
Младенца ты передавал ему?
Пастух
Передавал… Погибнуть бы в тот день!..
Эдип
Что ж, и погибнешь, коль не скажешь правды.
Пастух
Скорей погибну, если я отвечу.
Эдип
Он, как я вижу, хочет увильнуть!
Пастух
Да нет! Сказал я, что отдал когда-то.
Эдип
Где взял его? Он свой был иль чужой?
Пастух
Не свой… Его я принял от другого.
Эдип
А из какого дома? От кого?
Пастух
Эдип
Погибнешь ты, коль повторю вопрос!
Пастух
Узнай же: был он домочадцем Лая.
Эдип
Рабом он был иль родственником царским?
Пастух
Увы, весь ужас высказать придется…
Эдип
А мне — услышать… Все ж я слушать должен.
Пастух
Ребенком Лая почитался он…
Но лучше разъяснит твоя супруга.
Эдип
Так отдала тебе она младенца?
Пастух
Да, царь.
Эдип
Зачем?
Пастух
Велела умертвить.
Эдип
Пастух
Злых страшилась предсказаний.
Эдип
Каких?
Пастух
Был глас, что он убьет отца.
Эдип
Но как его отдать посмел ты старцу?
Пастух
Да пожалел: я думал, в край далекий,
На родину снесет его, но он
Для бед великих спас дитя, и если
Ты мальчик тот, знай, ты рожден на горе!
Эдип
Увы мне! Явно все идет к развязке.
О свет! Тебя в последний раз я вижу!
В проклятии рожден я, в браке проклят,
Хор
Люди, люди! О смертный род!
Жизнь людская, увы, ничто!
В жизни счастья достиг ли кто?
Лишь подумает: "Счастлив я!" —
И лишается счастья.
Рок твой учит меня, Эдип,
О злосчастный Эдип! Твой рок
Ныне уразумев, скажу:
Нет на свете счастливых.
Зевс, он деву когтистую, 24
Песни темные певшую,
Уничтожил, стране родной
Стал надежной твердыней.
Стал ты зваться с тех пор, Эдип,
Государем у нас. Тебе
Высший был от людей почет
В наших Фивах великих.
А ныне сыщется ль несчастней кто из смертных?
Наследовав такую долю?
Увы, прославленный Эдип!
Сын и муж в тебе едином
Благосклонно были приняты
Тихой пристанью единой —
Ложем свадебным твоим.
Злосчастный! Как могла так долго
Отцом засеянная нива
Тебя в безмолвии терпеть?
И осудило брак, не должный зваться браком,
В котором долго пребывали
Слиянными отец и сын.
Горе! Лая сын несчастный!
О, когда бы я вовеки
Не видал тебя! Стенаю,
Как над мертвым, над тобою.
Поистине сказать я должен:
Ты одарил нас жизнью новой,
Домочадец
О граждане почтенные страны!
Что предстоит и слышать вам и видеть!
Какое бремя скорби несть вам, если
В вас преданность живет к семье царя!
Нет, не омоют даже Истр и Фасис 25
Лабдака дом; столь много страшных дел
Таится в нем, и вольных и невольных, —
И новые объявятся!.. Нет горше
По доброй воле понесенных мук.
Хор
Но что еще случилось, говори!
Домочадец
Увы, сказать и выслушать недолго:
Божественной не стало Иокасты.
Хор
Злосчастная! Но что тому причиной?
Домочадец
Она сама, увы! Но ты не можешь
Так горевать, как я: вы не видали,
А у меня все в памяти живет.
Узнайте ж, как несчастная страдала:
Лишь в дом вошла, объята исступленьем,
И волосы обеими руками
Рвала. И, дверь захлопнув, стала звать
Уже давно скончавшегося Лая;
Упоминала первенца, которым
Был муж ее убит; и то, как сыну
Досталась мать для страшных порождений.
Рыдала над своим двубрачным ложем,
Где мужем дан ей муж и сыном — дети.
И вот — погибла, но не знаю как,
И я следить за нею перестал.
Я на царя смотрел — как он метался.
Он требовал меча, искал жену,
Которую не мог назвать женою, —
Нет, мать свою и мать его детей!
Вела его в безумье сила свыше,
Совсем не мы — прислужники его.
Вдруг с диким криком, словно вслед кому-то,
Он бросился к двустворчатым дверям
И видим мы: повесилась царица —
Качается в крученой петле. Он,
Ее увидя вдруг, завыл от горя,
Веревку раскрутил он — и упала
Злосчастная. Потом — ужасно молвить! —
С ее одежды царственной сорвав
Наплечную застежку золотую,
Он стал иглу во впадины глазные
Вонзать, крича, что зреть очам не должно
Очам, привыкшим видеть лик запретный
И не узнавшим милого лица.
Так мучаясь, не раз, а много раз
Он поражал глазницы, и из глаз
Не каплями на бороду его
Стекала кровь — багрово-черный ливень
Ее сплошным потоком орошал.
Поистине их счастие былое
Завидным было счастьем. А теперь
Какие есть, в их доме собрались.
Хор
Что с ним теперь? Пришел в себя несчастный?
Домочадец
Кричит, чтоб дверь открыли и кадмейцам
Отцеубийцу тотчас показали,
Который мать… но уст не оскверню…
Что сам себя изгонит, чтоб проклятья
Он, проклятый, на дом свой не навлек.
Он ослабел, и провожатый нужен
Несчастному. Он страждет свыше сил.
