Кто б ни был вор, вас дочери лишивший,А вашу дочь — способности судить,Найдите сами для него страницуВ кровавой книге права и над нимВершите приговор. Я не вмешаюсь,Хотя бы это был родной мой сын.
Брабанцио
Душевно благодарен. Вот виновник.Тот самый мавр, который вызван к вамПо вашему приказу.
Дож и сенаторы
Очень жалко!
Дож(Отелло)
Что вы нам возразите?
Брабанцио
Ничего.Он уличен.
Отелло
Сановники, вельможи,Властители мои! Что мне сказать?Не буду спорить, дочь его со мною.Он прав. Я браком сочетался с ней.Вот все мои как будто прегрешенья.Других не знаю. Я не говорунИ светским языком владею плохо.Начавши службу мальчиком в семь лет,Я весь свой век без малого воююИ, кроме разговоров о боях,Поддерживать беседы не умею.Однако вот бесхитростный рассказО том, при помощи каких заклятийИ тайных чар завлек я дочь его,Как жаловался вам мой обвинитель.
Брабанцио
Судите сами, как не обвинять?Шагнуть боялась, скромница, тихоня,И вдруг, гляди, откуда что взялось!Все побоку — природа, стыд, приличье,Влюбилась в то, на что смотреть нельзя!Немыслимо такое утвержденье.Здесь происки и козни налицо.Ручаюсь, он ее поил отравойИ волю сонной одурью сковал.
Дож
Ручаться мало. Это голословно.Упреки ваши надо доказать.Для обвиненья я не вижу данных.
Первый сенатор
Отелло, говорите ж наконец!Действительно ль тут были ухищренья,Иль это безобидная любовь,Как зарождается она в беседеДуши с душой?
Отелло
Пошлите в арсенал.Пускай она сама даст показанье,А надо будет — отберите чинИ жизнию моей распорядитесь.
Дож
Доставьте Дездемону, господа.
Отелло
Поручик, покажите им дорогу.
Яго с несколькими служителями уходят.
Пока они вернутся, не таясь,Открыто исповедаюсь пред вами,Как я достиг ее любви и какОна — моей.
