Трагедия адмирала Колчака полностью

Впервые в Правительстве вопрос о привлечении Японии ставится в июле. 6‑го Пепеляев записывает: «Предстоит решить вопрос о чехах: воевать они не желают. В связи с этим выдвигается вопрос о приглашении японцев к охране желез. дор. к западу от Байкала. Поднимает этот вопрос Ставка. Сукин не возражает. Кто поправее, – дополняет запись 17 августа, – ругает за неиспользование японцев, полевее – слышать не хотят о японцах и ругают за нежелание воевать чехов, проистекающее, по их мнению, от недостаточной демократичности Правительства. Поправее – казаки, полевее – Белоруссов. Идиоты слушают и уверены, что Правительство пропускает готовую помощь»[499]. Этой помощи в действительности не было. Об этом свидетельствует меморандум, переданный российскому послу в Токио 22 июля:

«Японское правительство в полной мере отдает себе отчет о положении, в силу которого Российское правительство в меморандуме от 17 июля передало просьбу о расположении двух японских дивизий на запад от Иркутска. Правительство вполне сочувствует усилиям адмирала Колчака обеспечить безопасность этого участка Сибирской железной дороги. К сожалению, оно должно заявить с полной откровенностью, что не находит возможным развить свою вооруженную помощь в указанном направлении, предполагая, что такое предприятие в настоящее время, по всему вероятию, не может встретить общего сочувствия японского народа. Правительство считает себя вынужденным придерживаться решения, о котором оно заявляло неоднократно, – ограничить сферу озером Байкал. В то же время оно неизменно остается при своем решении лояльно сотрудничать с русскими властями в деле поддержания порядка и безопасности в районе, лежащем на восток от Иркутска» [Субботовский. С. 158].

Факты, таким образом, не соответствуют голословным и фантастическим утверждениям противников адм. Колчака.

Можно с определенностью сказать, что общая политика союзников вызывала в Омске глубокое разочарование. Вероятно, и недовольство политикой мин. ин. дел объяснялось растущим недовольством в отношении союзников. Телеграмма Черчилля 10 октября о том, что британское правительство приняло решение сосредоточить свою помощь на фронте ген. Деникина в предположении, что Соединенные Штаты «энергично разовьют помощь Сибирской армии» [Субботовский. С. 60], в сибирской обстановке была учтена как прекращение помощи союзников. В это время приходит сообщение, что Юденич продвигается к Петрограду, что Юденич вновь поднимает вопрос о сговоре с Финляндией[500], где сильны немцефильские симпатии, где именно влияние немцев препятствовало созданию русских добровольческих частей, что Рига взята корпусом фон дер Гольца, что образован русский добровольческий отряд полк. Вермонта, – тогда «накопившееся в глубине недовольство союзниками стало выявляться открыто» [Гинс. II, c. 384]. Для спасения России вновь некоторым кажется наиболее реальным германо-русско-японский союз. В газете «Русское Дело» – орган «кадет-беженцев» – с открытой «германофильской» пропагандой выступает Устрялов: «При создавшихся международных условиях восточная ориентация есть последняя возможность и естественная надежда для обломков центральной Европы. Мы, русские, – по его словам – переходим к новому фазису в истории наших ориентации» [№ 16]. В личной беседе с проф. Персом Колчак пояснил, почему среди офицеров начинает распространяться убеждение, что «будущее России в союзе с Германией и Японией». «Необходимо, – сказал он, – чтобы Россия чувствовала, что она не была побеждена и что ее место в лагере победителей. Если произойдет обратное, среди русских создастся впечатление, что ей нет места среди победоносных держав – она невольно, фатально начнет думать о противоположном победоносному лагере и, быть может, даже искать (с ним) сближения». Саблин, передающий эту беседу, со слов самого Перса, вернувшегося в Лондон (телеграмма 22 октября), добавляет: «Я не удержался, чтобы не возразить, что союзники в значительной мере способствуют этим настроениям и что признание адм. Колчака положило бы конец многим колебаниям. Перс вполне согласился и сказал, что намеревается именно это высказать в своем докладе Л. Джорджу и лорду Керзону».