К этой категории военнослужащих относились представители группировки «Хальк» (консолидирующиеся вокруг министра обороны РА М. А. Ватанджара), танаевцы (имеющие законспирированные организации в гарнизонах Кабул, Чарикар, Баграм, Джабаль-Уссарадж, Суруби, Джелалабад, Гардез, Газни) и кармалисты (группировались вокруг Н. Азими и А. М. Делавара).
Усиливающиеся антинаджибовские настроения в ВС РА и в целом в партии «Отечество» явились благодатной почвой для вызревания заговоров, возникновение которых в складывающейся обстановке отрицать было нельзя. В то же время для режима это был крах, вооруженное выступление с чьей-либо стороны лишь ускорило бы захват власти оппозицией.
По оценке представителей национальных меньшинств, в том числе и ряда лиц, находящихся в руководящих государственно-партийных органах РА, ослабление позиций режима, которое должно было последовать за прекращением советской военной помощи или произойти в результате побед моджахедов в отдельных районах, неминуемо активизирует националистическое движение на севере Афганистана и в Хазараджате. Причем идея создания самостоятельных национальных мусульманских образований должна была подтолкнуть, как они считали, к объединению племенных формирований, находившихся на стороне госвласти, с отрядами мятежников узбекской, таджикской и хазарейской национальностей. Среди лидеров, которые будут возглавлять вооруженное движение антипуштунской направленности, называли имена А. Ш. Масуда, генерал-полковника А. Р. Дустома, Сайда Джаграна и др.
Так называемые нейтралы и интеллигенция в целом приветствовали прекращение поставок оружия в Афганистан, но вместе с тем и выражали тревогу, что взятое Советским Союзом и США обязательство преимущественно затрагивало интересы кабульского режима и практически мало задевало оппозицию, имевшую многочисленные каналы поступления вооружения из-за рубежа. Выход из положения они видели в более конструктивном подходе афганских властей в обеспечении условий для немедленного возвращения в Афганистан членов группировки Захир Шаха. Самому бывшему монарху отводилась роль «отца нации», способного сформировать в переходный период «правительство народного доверия». Представители нейтралов и интеллигенции, входящие в «Общество национального спасения Афганистана» (ОНСА) и «Движение за независимость, свободу и демократию Афганистана», развернули широкую агитацию среди населения и моджахедов за возвращение Захир Шаха. Согласие большинства полевых командиров оппозиции на приезд короля на родину и их личное участие в переговорах с центральными властями, по мнению руководителей названных двух организаций, создавало реальную основу для проведения всеафганских выборов на многопартийной основе, включая партию «Отечество».
Руководство афганской оппозиции активизировало политическую деятельность с целью изоляции на международной арене и отстранения от власти режима Наджибуллы. В Пешаваре состоялись консультации лидеров «Исламской партии Афганистана» (ИПА) Г. Хекматияра, «Исламского общества Афганистана» (ИОА) Р. Раббани и «Движения исламской революции Афганистана» (ДИРА) М. Наби Мохаммади с целью выработки единого подхода к урегулированию афганской проблемы. Состав участников этой встречи свидетельствовал о том, что руководство оппозиции организовало эти переговоры с целью согласования позиции представителей фундаменталистского и умеренного толка по преодолению кризиса в стране.
В результате консультации был выработан план, предусматривающий созыв в конце декабря 1991 г. — начале января 1992 г. Всеафганской Шуры (совета) и формирования на ней переходного правительства. Согласно этому плану, в работе Шуры должны принять участие представители всех партий «Альянса-7», «Партии исламского единства Афганистана» (ПИЕА), Всеафганского совета полевых командиров, улемов и духовенства. Исключалось приглашение на Шуру представителей Наджибуллы и бывшего короля Захир Шаха.
После консультаций в Пешаваре план был представлен на рассмотрение руководства других четырех партий «Альянса-7», ПИЕА и Всеафганского совета полевых командиров, которое в целом его одобрило.
Одновременно руководством оппозиции предпринимались усилия, направленные на признание и поддержку будущего переходного правительства со стороны мирового сообщества. Перед делегацией афганских моджахедов, выехавшей в Дакар (Сенегал) на 4-ю конференцию ОИК, была поставлена задача довести новый план до глав государств — членов этой организации. Лидеры оппозиционных сил надеялись, что широкое признание нового переходного правительства в конечном итоге должно было привести к международной изоляции кабульского режима и вынудить Наджибуллу и его окружение уйти в отставку. Для этого предпринимались неординарные шаги: по заданию президента «временного правительства» оппозиции С. Моджаддади в районе Кабула находится его представитель Файз Мохаммад, отвечающий за связи с оппозиционным подпольем.
