Афганский генералитет и старшие офицеры осознавали, что боевая устойчивость частей и подразделений будет серьезно снижаться по мере расходования боеприпасов. Сложившаяся же практика, когда сдерживание моджахедов осуществлялось, как правило, за счет огневого поражения, требующего значительных запасов боеприпасов, также являлось одним из факторов, инициирующих мнение, что прекращение военных поставок из Советского Союза лишало правительственные войска возможности успешно решать задачи по защите госвласти.
Исходя из таких пораженческих настроений, военнослужащие вырабатывали для себя оправдательную позицию. Многие считали, что ответственность за развязывание и ведение войны против своего народа должно нести высшее руководство страны, особенно Наджибулла и его ближайшее окружение, а также сотрудники МГБ, ракетчики, командный состав ВВС и рядовые летчики. Им должно быть предъявлено обвинение в получении от иностранных государств бесплатного оружия для массового уничтожения своего народа. Большинство офицеров и генералов, проходящих службу в МО, ГШ ВС РА, МВД и на командных должностях в войсках, высказывали определенную уверенность в своей невиновности, поскольку, по их утверждениям, они являлись простыми исполнителями приказов Наджибуллы под контролем и давлением со стороны сотрудников МГБ.
Несколько уверенней чувствовали себя офицеры, сержанты и солдаты строевых частей, находящихся на передовых позициях. Многие из них поддерживали тесные контакты с моджахедами и предполагали в случае резкого обострения ситуации перейти на их сторону. Они в основном служили, руководствуясь материальными соображениями, поскольку их зарплата являлась единственным источником содержания семьи. Вместе с тем значительная часть военнослужащих считала бесперспективным и опасным для себя продолжение службы в кадрах ВС РА. В частности, только в октябре-ноябре из афганской армии уволилось около 300 офицеров, а число дезертиров в целом по ВС РА составило более 9 тыс. чел. Офицеры перестали обращать внимание на стремительное снижение воинской дисциплины, многочисленные факты невыполнения приказов, прежде всего в районах активных боевых действий. Так, в результате отказа от выполнения боевых распоряжений ряда командиров подразделений фактически было сорвано планировавшееся в середине ноября контрнаступление под Гардезом (провинция Пактия).
В основном из-за апатии и пассивности, нежелания большей части личного состава подвергать свою жизнь опасности участием в активных боевых действиях афганские Вооруженные силы к концу 1991 г. фактически потеряли боеспособность. На состоянии войск отрицательно сказывается низкая укомплектованность частей и подразделений, которая не превышала в полках 7-10 %. А под влиянием пораженческих настроений в ВС процветало казнокрадство, злоупотребление служебным положением и взяточничество. Командиры частей и подразделений продавали моджахедам и икам вооружение и боеприпасы, в последующем списывая их на потери в ходе боевых действий. Руководство оппозиции, хорошо осведомленное о положении в афганских войсках, в целях стимулирования дальнейшего их разложения повысило цены на приобретаемое в войсках оружие и боеприпасы.
Беспокойство властей вызывало и заметное сокращение в ВС РА числа генералов и старших офицеров, беспрекословно поддерживавших ранее Наджибуллу. Главной причиной возникновения среди них недовольства являлась определенная непоследовательность президента РА по вопросу мирного урегулирования афганской проблемы. В частности, негативный резонанс вызвало заявление Наджибуллы в октябре на совещании руководящего состава ВС РА о том, что он готов «положить еще 50 тысяч человек на поле боя, но не намерен уступать противнику ни по каким вопросам».
Негативное воздействие на личный состав регулярных частей оказывала деятельность племенных и национальных формирований. Командиры «племенников» поддерживали тесные контакты с полевыми командирами, снабжая их отряды продовольствием, оружием и боеприпасами, а некоторые из них даже открыто заявляли о намерениях отказаться от сотрудничества с властями и присоединиться к моджахедам.
Центральные власти, опасаясь усиления племенных формирований в столице, изымали у них нештатные вооружение, боеприпасы и боевую технику. Подразделения МВД в ходе операций против «племенников» допускали нарушения закона, в том числе изъятие личного имущества.
Таким образом, обстановка в Афганистане к концу 1991 г. стала приближаться к критической отметке, хотя казалось, что положение в целом контролируется правительством и ничего не предвещает скорого падения режима. Однако все понимали, что перспектив режим Наджибуллы не имеет и дни его сочтены — действительно, буквально через четыре месяца моджахеды пришли к власти в Кабуле. Случилось то, чего больше всего боялись ближайшие сторонники Наджибуллы — его предали соратники по партии.
