23 (11) ноября в непосредственной близости к судну образовалась трещина; отколовшаяся в это время льдина унесла по открытой воде дом, построенный матросами, и четырех собак. В ближайшие дни трещина увеличилась еще больше, так что судно свободно несло течением в продолжении дня по открытой воде и вновь затерло только с наступлением вечера. Но таким благоприятным обстоятельством для выхода из пакового льда, экспедиция не считала нужным воспользоваться в виду зимнего времени года и наступления полярной ночи. Упомянутый выше, дом 16 месяцев спустя, когда экспедиция продвинулась дальше на северо-запад, был найден одним из эскимосов в трех милях от судна. Он, таким образом, проделал тот-же путь. Среди торосов[13] часто находили сосновый и березовый плавник[14], доказавший своим присутствием, что ледяные поля плыли из каких-то южных районов, расположенных вблизи материка.
10 ноября (29 октября) 1879 г. в последний раз видели солнце, которое вновь показалось над горизонтом 23 (13) января 1880 г. Наступление полярной ночи как раз совпало с сильными поворотными напорами льда, и, только благодаря особенно крепкой обшивке судна, экспедиция не лишилась крова. Наступление напора льда можно было узнать по доносившемуся издали шуму. Вначале глухой, подобный отдаленному грому, он становился все ближе и ближе, усиливался, и, наконец, переходил в грохот и треск. С гулом, подобным пушечным залпам, внезапно по всем направлениям появились трещины. В полумраке наступающей полярной ночи можно было различить, как лед дробился, вздымался и громоздился в кряжи высотой до 7—10 метров; непрерывно двигаясь, кряжи подступали к самому судну. Льдины толщиной в 3—5 метров сталкивались, выбрасывались вверх, как мячики, ложились одна на другую, снова погружались в воду, образуя стремительный пенящийся водоворот, крутящий льдины как щепки, затопляя вокруг себя все пространство. Бежать!.. Но куда бежать? — Единственный выход это — перебраться на другую сторону надвигающегося ледяного вала, прыгая через скользящие льдины, рискуя сорваться, провалиться в щель или быть раздавленным…
Но вот мало-по-малу грохот ослабевал, а затем затерялся где-то в дали. И вновь безмолвие и покой спустились на беспредельную ледяную равнину.
Причину громадного напора льдов искали в приливной волне. Наблюдения Нансена[15] во время дрейфа «Ф р а м а», повидимому, подтверждали решение вопроса именно в этом направлении. Особенно сильные напоры льда отмечены Нансеном во время наибольшего прилива — и в новолуние в больших размерах, чем в полнолуние. Однако, надо заметить, что явление носило более правильный характер на окраинах полярного бассейна, вблизи открытых вод, внутри-же наблюдать его зависимость от приливной воды было трудней, так как причиной давления здесь являются также и воды, увлекающие с собой ледяные поля. Эти напоры льда были причиной гибели «Ж а н н е т ы»…
В середине января 1880 г. вновь повторились сильные напоры. Наступили тяжелые дни, дни постоянного нервного напряжения от грозившей опасности и беспокойства за целость судна.
Казалось, что силе напора ничто не могло противостоять.
19 (7) января в судне открылась значительная течь и скоро большая часть трюма была заполнена водой. С невероятным напряжением, работая день и ночь, удалось большую часть воды откачать. Течь оказалась в передней части судна. Начавшийся затем напор льда под киль дал возможность совершенно удалить воду и заделать щель. На всякий случай были сделаны все приготовления для оставления судна и отхода к Земле Врангеля. Такая предосторожность была совсем не лишней, так как в дальнейшем, в продолжении 7 месяцев, во время которых судно являлось кровом экспедиции, неослабно приходилось следить за количеством воды в трюме и время от времени выкачивать ее.
В продолжении всей зимы «Ж а н н е т у» несло вместе с ледяными полями то на северо-запад, в зависимости от течения, то на юг и юго-восток, благодаря господствующим ветрам. К середине февраля 1880 г. она находилась в 50 милях от пункта, где впервые была затерта льдом. Этот путь ее представлял сложную сеть пересекающихся зигзагов и петель.
24 (12) марта Земля Врангеля[16] исчезла из вида.
Наибольшие холода в первую зиму были в феврале, когда температура падала до —49,9°C. Что же касается температуры открытой воды, то она постоянно была равна —1,7°C. Однообразное течение зимней жизни нарушалось охотой или экскурсиями, если этому позволяло состояние погоды. Но добыча была невелика, хотя поездки иногда предпринимались на значительные расстояния. Охотились на тюленей, моржей, белых медведей и песцов. Весеннего перелета птиц почти не наблюдалось; повидимому, это стояло в связи с положением судна, находившегося вне путей перелетов птиц и отсутствием вблизи суши; только однажды на западе были видны тянувшиеся стаи птиц.
