Что ж, нам по плечу и не такое.
Хотя я знаю, породу этих баб,
Что продают себя.
Словами их не вразумить.
Такие будут до конца идти.
Тем более, что c…ке этой тут светит крупный куш.
Слова, ладошкой по лицу?
Ха! Да для них больнее комара укус.
Они без совести рождаются.
Для них урвать – вот это главное.
Пора, без крови – так без крови.
Воистину, мы служба тонких дел.
И схема у меня уже готова!»
Он допивает кружку пива, расплачивается и выходит из кабака. Он бы ещё с удовольствием посидел там, но служба есть служба. Его ждут государственные дела. Его план в отношении шлюхи уже готов.
Сцена ХV
Дом Горацио, его внутренние покои. В доме несколько комнат, в них беспорядок. Кругом стопками лежат книги и рукописи. Кругом какие-то банки и склянки, с непонятным содержимым. От всего этого в комнатах стоит невообразимо затхлый воздух. На стенах висят карты звёздного неба. По углам стоят чучела животных. Словом, внутреннее убранство дома Горацио напоминает пещеру колдуньи Гингемы. Горацио сидит за столом, он склонился над какой-то рукописью. Он что-то пишет, вычисляет, произнося при этом бессвязные фразы. Он глубоко погружён в свои изыскания. Наука – это его семья, его друзья, его жизнь! Но вот он отрывается от рукописи, разгибает свою спину, спина при этом хрустит. Он удовлетворён проделанной работой типа: «Ай да, Горацио, ай да сукин сын!» И, как часто поступают одинокие люди, разговаривает c cобой.
Горацио
«Уж много лет, почти с младых ногтей,
Стремлюсь познать я тайны мирозданья.
Наука – мой ковчег.
Наука – моя жизнь, семья, моё призванье!
Во многом преуспел.
Свидетельство тому – мои труды,
Коим не счесть числа!
Тружусь, тружусь не покладая рук,
На благо мира и добра!
И все мои труды поставлены на службу людям!
А люди думают, что это бог,
Блага им всякие дарует.
Я помогаю им приумножать доход!
Моя наука их вылечивает от болезней!
А люди верят, что на небесах есть тот,
Кто всем заведует.
Да, тёмен наш народ ещё,
Вот то-то и оно.
И в обороне государства,
Сказал я своё слово, да такое,
Что наш народ теперь живёт и спит спокойно!
Меч мечей я создал,
Дал ему название: “Сармат”.
Особенность конструкции,
Бесспорно повышает кпд бойца!
А арбалет мой “Авангард”?
По три стрелы спускает в раз!
К противнику летят они окольными путями.
И в яблочко, и в яблочко все цели поражают!
А в мыслях у меня другие есть уже штуковины.
Они уж точно будут посильней чем “Фауст” Гёте.
За это всё обласкан был монархом прежним.
Бог и наука мирно жили в его сердце.
Да то король был мудрый!
Щедрый, добрый. Посмотрим,
Как при этом сложатся дела.
Как будет он заботиться о нас?
И будет ли наука у него в чести?
И сколько он отвалит на науку от щедрот своих?..»
Сцена XVI
Дом Горацио находится недалеко от замка. Солдаты во главе с Полонием прикатили бочки к дому Горацио. Полоний кивком дал команду гвардейцу постучать в дверь дома. Гвардеец тупым концом пики три раза стукнул в дверь. Горацио вздрагивает от неожиданности всем телом. Потом кричит в сторону двери:
Горацио
– Кто там? Кого, блин, черти принесли?
Не заперто, входи!
Первым входит Полоний. Он включает государственного мужа.
Полоний
(с юмором и иронией, но очень стараясь, серьёзным тоном)
– Привет тебе, Горацио! Ну как ты?
Дерьмо что ль варишь, что за запахи?
Над чем корпишь, учёное светило?
Когда уже порадуешь его величество,
Когда научишься, мозг великий наш,
Гальки в изумруды превращать?
А молодости вечной эликсир когда создашь?
Как по-моему – так ты бездельник!
Воистину ты бездна,
Для монарших денег …
Нет никакого толка ни от тебя,
Ни от твоей науки!
Вот думаю: на кой чёрт королю ты нужен?
Вот если б я учёным был
И столько же протёр штанов, как ты.
На стуле этом восседая,
Давно узнал бы,
Как в злато превращать свинец,
На радость всем.
И превращал бы каждый день по килограмму!
Чтоб королевскую казну пополнить!
А от тебя, Горацио, какая помощь?
А ты, что делаешь? Только и знаешь,
Что чернилами бумагу пачкать,
Каракули там выводя,
Нет проку никакого от тебя!!!
На Горацио уже нет лица. Но он не смеет возразить крупному чиновнику, первому министру короля. А Полоний еле сдерживает свой хохот. Ему нравится, как он достаёт Горацио. Всё какое-никакое развлечение. Но тут он не выдерживает, срывается и хохочет.
Прости, Горацио, прости.
Зла не держи…
Сегодня день с утра тяжёлым выдался.
У короля шалят нервишки.
Вот и решил немного пошутить, пошалить,
Чтоб напряжение снять, так сказать.
Все знают, друг, как ты велик умом.
И сколько пользы ты принёс,
Отечеству и королю!
Тебя всегда он добрым словом вспоминает.
Всем так и говорит: «Люблю Горацио, люблю!»
Так вот: он и прислал меня к тебе
С научною задачей.
Нам в этом деле, друг, без тебя не справиться.
Ты уж на всю катушку постарайся!
И уже крича, обращаясь к гвардейцам, которые остались с бочками на улице:
– Эй, там! Пошире открывайте двери
И вкатывайте бочки.
Осторожно, здесь ступени!
Солдаты вкатывают бочки и глазами спрашивают у хозяина, куда их поставить. Горацо в замешательстве. Наконец бочки размещают по комнатам. Солдаты, уже зная каким образом открываются бочки, вскрывают их. И тут Полоний даёт объяснения Горацио.
– Сегодня эти бочки, будь они прокляты!
