Не смог я уберечь тебя,
В том, что случилось, и моя вина.
Полоний негодовал. Но он понимал, что этого мало. Тут нужен был какой-нибудь план, а лучше хороший план, чтобы достойно вытащить дочь из этой сложнейшей ситуации, в которую она, а значит и он, попали. Мозг Полония бешено работал, просчитывая в секунду тысячи вариантов. И с каждым новым вариантом он всё отчётливее понимал, что всё не то. Не то!!! Как… вдруг! Вдруг перед Полонием возникла фигура Горацио.
(далее с надеждой в голосе)
Родная… а… как… ну, это…
Как ты догадалась?
Что это… в положении теперь?
Быть может, обозналась?
Давно уж я живу на этом свете.
Мне всякие истории знакомы.
Одна другой прикольней…
Бывает так:
Что тешит мыслью женщина себя,
Что на сносях она…
Потом вдруг выясняется,
Что это от капусты её пучит.
Что это от капусты ей так живот раздуло.
А выйдут ветры из её чрева,
И вот она уж – не беременна!
Быть может, выводы ещё нам делать рано?..
Офелия
– Ах, папа, была б я рада,
Если б в капусте всё дело было.
Вот уже неделю, как меня тошнит.
Служанка наша, Меркель, говорит,
Что это верный признак…
И с ней всегда такое происходит,
Когда от господа подарочек приходит.
Полоний
– Так вот, что доченька:
В жизни всякое бывает.
Порою человека такие беды постигают!
Так жизнь его… нагибает,
Что человек ломается напополам.
Был человек, а вот уже он хлам.
Я так тебе скажу: то, что с тобою приключилось,
Моя родная, это –
Не смертельная болезнь.
Всё образуется, ты мне поверь!
На то и дева ты, чтобы однажды оказаться,
В такой вот ситуации.
А Гамлет что?
Он никогда не стал бы тебе мужем.
Он принц, ему для брака,
Королевский титул нужен.
Так вот…
Из положения нам надо как-то выбираться.
Я думаю, что предложение Горацио,
Теперь нам будет кстати…
Да, очень будет кстати!
Он говорил, что при деньгах и тебя любит.
А если вдуматься: то в жизни,
Что ещё нам нужно?
Конечно, он не Гамлет ни лицом, ни телом,
Но нам сейчас до этого нет никакого дела.
Сейчас всего важнее,
Что он просил твоей руки.
Ну что ж, Горацио: так тому и быть!
Да разве ж час тому назад,
Я мыслить мог, что нам его послало…
Проведение само!
Я час тому назад сказал ему,
Чтоб он пошёл проспался.
Теперь же так скажу, что ты, Горацио, попался!
Я дал ему три дня, по дружбе,
Чтоб он опомнился.
Чтоб мне потом, по долгу службы,
Не надо было б к королю,
Тащить за шиворот его.
Теперь же всё наоборот!
Нет боле никаких трёх дней!
Венчаться надо вам, родная, поскорей!
Я так всё раскручу, я так всё заверчу!
Готовься, доченька, скоро к алтарю!
Сейчас немедля спать, спать, спать!!!
Иначе лопнет голова моя…
А завтра, поутру, Горацио я нанесу визит!
Я думаю, что сам король,
Ваш брак благословит!
Так вот что, доченька моя,
Иного выхода не вижу я.
Согласна ль, каков тебе мой план?
Офелия
– Ах, папа,
Я всецело полагаюсь на тебя.
Полоний
– Ещё он говорил, что увезёт в Америку тебя!
Что там тепло, там райская земля!
А может всё и к лучшему?
Кто его знает…
Ну всё, ну всё. Я спать, родная.
Сцена LXXXI
Открытое море. Корабль. Гамлет уже проснулся и пытается с бодуна в очередной раз осмыслить всё, что накануне с ним произошло. Ближе к полудню.
Гамлет
«Да, жалко пацанов.
А Клавдий замышлял, чтоб было всё наоборот.
Я должен был бы на галерах гнить
Или в хлеву, или на псарне жить!!!
А он бы преспокойно жизнью наслаждался.
Вот то-то его глазки удивятся,
Когда увидит он меня, на месте соглядатаев!
Быть может быть его тогда «Кандратий» хватит!
Да, к скорпиону будет первый мой визит.
Посмотрим, что он вдруг заверещит.
Когда живого, невредимого меня увидит.
Поймёт ли он, что карта его бита?
Да-да, всё сходится. Он понял, что я знаю,
Как он отца отправил на тот свет!
Он полагал: я следующий его клиент.
Его письмо – то мой билет в один конец.
Воистину, наш Клавдий мастер грязных дел.
Меня увидев сразу он поймет: близка развязка…
К концу подходит затянувшийся спектакль.
За шкуру крепко будет биться он свою,
Как зверь, что загнан в западню.
Я верю, провидение решит.
Кто прав из нас двоих!
Я или он – другого нет решения!
Он или я – вдвоём нам в этом мире тесно!!!»
Потом он находит в себе силы встать, подходит к двери каюты, открывает её и какое-то время дышит, наслаждаясь свежим морским воздухом. Потом обращается к проходящему мимо него матросу:
Гамлет
– Скажи-ка, братец, скоро ль Дания?
С ней, как с невестой, жду свидания!
Матрос
(радостно)
– Уж завтра в это время.
Я буду, принц, в своей родной таверне!
На датском милом берегу…
Прибудем завтра, поутру.
Ох, и гульну!
Гамлет
– Отлично! Ну, что ж,
За весть добрую твою,
Давай входи, вина налью!
Таким образом Гамлет нашёл себе собутыльника, чтоб было с кем поговорить и развеяться.
Сцена LXXXII
Покои Горацио. Стук в дверь. Служанка спешит открыть. На пороге стоит взволнованный Полоний. Не спрашивая разрешения, он входит. Ему не по себе… На посту первого министра он привык повелевать и отдавать приказы, а тут, вдруг, надо с неровней себе договариваться. Но план есть план. И это план «А», плана «Б» у Полония нет. А это значит, что у его визита к Горацио, у его дела к нему, должен быть только один исход…
Полоний
(разведка боем)
– Привет, зятёк! Теперь к тебе с визитом я!
Горацио, мне помнится вчера.
