Вот и все о надежности в объективном смысле; вне всякого сомнения, это нечто совершенно иное, чем надежность в субъективном понимании. Ибо эта последняя основана на убеждении, что так есть в действительности, либо что так было, либо что так будет. В применении к собственным действиям данного субъекта надежность — это уверенность в том, что предпринятый прием приведет к ожидаемому следствию. Безусловно верно, что манипуляционно исправный индивид, например проворный шофер, уверен в своих движениях. Он знает в общем только по ощущению, но со всей безусловностью, что именно такой поворот руля направит машину на нужную улицу. Точно так же умелый повар уверен в том, что приготовленное им кушанье будет питательным и вкусным.
Но объективная и субъективная формы надежности не всегда взаимно совпадают, зачастую они даже противоречат друг другу. В наших ушах еще звучат декларации оккупантов о надежности их позиций. И как же решительно опровергла действительность эту фантастическую «unerschütterliche Gewissheit!» (непоколебимую уверенность). Субъективная надежность, или, другими словами, чувство уверенности, нередко требует исправности и в таком случае является одним из технических достоинств действия, но лишь постольку, поскольку действительно достигает этого. А что же с праксеологической точки зрения можно сказать о чувстве уверенности в тех случаях, когда оно касается не собственных приемов действующего субъекта, но чего-либо иного, например, каких-то событий или зависимостей в природе или, например, каких-либо взаимосвязей между числами? И в этом случае субъективная надежность является техническим достоинством, но лишь постольку, поскольку ей соответствует правильность суждения, констатирующего это событие, зависимость или взаимосвязь, и постольку, поскольку благодаря убеждению, связанному с этим суждением, происходит лучшее приспособление плана к материалу и ко всем возможным обстоятельствам действия. А чем лучше приспособлено действие к обстоятельствам, тем оно более рационально.
Итак, мы отметили еще одну оценку с технической точки зрения: рациональность действия. Здесь, в свою очередь, придется провести разграничение и противопоставить рациональность в вещественном смысле рациональности в методологическом смысле. Если минутой ранее говорилось о рациональности как о приспособлении к истинному положению дел, то речь шла о рациональности в
Пока не было доказано, что решение квадратуры круга не существует, не было, разумеется, рациональным в вещественном смысле отыскивание такой квадратуры (так как исходили из чего-то ошибочного, а именно: из предположения, что она возможна), однако поиски ее были рациональными в методологическом смысле, ввиду того, что на фоне существования квадратуры самых разнообразных фигур и отсутствия доказательства невозможности ее в отношении круга, квадратура круга рассматривалась как вероятная. Однако как только была доказана абсурдность такого предположения, всякие попытки нахождения квадратуры круга, предпринимавшиеся кем-либо, должны были встречаться со справедливой оценкой ее как нерациональной. Люди зачастую поступают иррационально в вещественном смысле, так как им просто недостает знаний. Когда-то многие роженицы погибали от родильной горячки, так как ничего не было известно о вызывающих болезнь микроорганизмах и в акушерстве не соблюдались правила асептики. Кроме того, люди часто поступают иррационально и в методологическом смысле, если истинная информация дошла до них, но получила ложную оценку и поэтому не была ими признана. Так, нерационально поступали те, кто упорно продолжал недооценивать асептические предосторожности после того, как их эффективность стала уже известной.
