— Значит, так, Александр Васильевич, номер телефона, который вы меня просили проверить, зарегистрирован на некоего Петрова А. В., но неделю назад вместе с сим-картой был похищен, предположительно на рынке. Теперь относительно адреса по Лиговскому проспекту. Интересующий вас дом в настоящее время находится в аварийном состоянии и полностью расселён. В одиннадцатой квартире уже более трёх месяцев никто не проживает. Вот, пожалуй, пока и всё по вашему заданию.
Отпустив Нину, Леонтьев закурил очередную сигарету и посмотрел на часы. Было ровно четыре. Он опять нажал кнопку секретаря на селекторе:
— Нина, не соединяйте меня ни с кем, хорошо?
«Ну-ка, товарищ полковник, — сказал сам себе Леонтьев, достав очередную сигарету. — Надо сосредоточиться. Что-то всё уж больно скверно выходит. Этот серенький ноутбук Дениса становится злым роком. Игра за обладание им теперь пошла совсем нешуточная — на сцене появились трупы. У матери покойного Гвоздя искали, конечно же, ноутбук. По описанию соседки да, пожалуй, и по бельевой верёвке — орудию убийства, можно предположить, что и там побывали бакинцы с рынка. Всё это крайне опасно, и, прежде всего, для Дениса. Пожалуй, вы, товарищ полковник, недооценили эту опасность! Ведь по соображениям нашего противника, или, скорее, противников, этот чёртов ноутбук с тем же самым успехом, если даже не с большим, мог сейчас находиться не в квартире на Кузнецовской, а как раз у Дениса Останина. Притом необязательно только в офисе, но вполне вероятно, что и дома. И вот ещё: а кто и что мешает противникам предположить, что у Дениса не может быть копий украденных документов? И вот теперь он ещё ко всему прочему взял билет в Нью-Йорк и собирается послезавтра лететь! А для чего? Почему бы не подумать разным там посредникам да заказчикам, что летит Останин как раз для доклада на совете директоров „Аскома“.
Ну и лопух же вы, товарищ полковник! И что это ещё за история с адресом да телефоном? И что за письма Денис должен забрать сегодня в восемь часов? И отчего это его московский шеф даёт Денису номер похищенного, опять же на рынке, мобильника да адресок, по которому давно никто не живёт? И что же это за шеф такой? У Дениса ведь не спросишь — обидится насмерть. Особенно после этого прокола с Асатом».
Леонтьев пододвинул к себе красный телефонный аппарат с прямым выходом на АТС Москвы и набрал номер справочной службы:
— Будьте так любезны, мне нужен телефон акционерного общества «Телесвязь». Если можно, начальника. Ну хорошо, давайте какой есть. Минуточку, записываю. Большое спасибо!
После непродолжительных гудков Леонтьев услышал приятный женский голос:
— АО «Телесвязь». Слушаю вас.
— Как бы мне с вашим начальником пообщаться? — Леонтьев, сам не поняв отчего, старался говорить не своим голосом. Притом почему-то получалось с южным акцентом.
— А у Станислава Зауровича другой телефон, — ответил тот же приятный голосок. — У него последняя цифра пять, а вы попали в отдел кадров.
— Спасибо вам, отдел кадров! — поблагодарил Леонтьев и набрал номер с пятёркой на конце.
— Бахрамов у телефона, — услышал он густой начальственный бас, с чуть различимым кавказским акцентом. — Слушаю вас.
«Господи, похоже, и тут опять Заде», — подумал Леонтьев.
— Слушаю! — нетерпеливо повторил бас.
— Здравствуйте, Станислав Заурович, — неожиданно для самого себя уверенным и наглым тоном начал Леонтьев. — Я из Питера вам звоню. Я тут ненароком слышал, что вы бы хотели купить себе ноутбук. Так вот, у меня есть один. Именно такой, какой вам нужен. В очень хорошем состоянии, в полной комплектации, цвет серый. Цена, Станислав Заурович, договорная. Ну как, будете брать? А то у меня ещё желающие имеются.
На том конце провода наступила долгая пауза.
«Слишком долгая!» — отметил про себя Леонтьев.
Наконец трубка ожила:
— А с кем я, собственно, говорю? Вы кто? Хотя, впрочем, это неважно. Я не в курсе дела, о котором вы говорите. Перезвоните лучше моему юрисконсульту. Телефон тот же, только последняя цифра восемь. Королёв его фамилия, Виталий Николаевич. Он сейчас у себя. Будьте здоровы. — И в трубке раздались короткие гудки.
— Да, пожалуй, мне ваш Королёв теперь уже и не нужен, — проворчал Леонтьев, всё ещё сжимая в руках трубку. Маленькие зелёные цифры индикатора на телефонном аппарате показывали половину пятого. Резко поднявшись из-за стола и даже не надев куртку, Леонтьев спустился вниз и вышел на улицу.
Денис дописал длинный список поручений и наставлений для остающегося за него на дни отъезда в Америку Асата и прислушался. Из-за стенки раздавалось равномерное жужжание электродрели — слесарь Толя всё ещё пристраивал новый замок к входной двери. Пропиликало радио в приёмной у Светы.
«Вот уже и четыре часа, а перекусить так и не удалось. Ведь как назло всех буквально ветром сдуло. Ну хоть позвонил бы кто-нибудь, поинтересовался — не надо ли чего?» — с некоторой обидой подумал Денис.
И как бы в опровержение Денисовых обид раздалась трель прямого городского.
