И в итоге, мама одела красивое светлое платье, которое она шила к Новогоднему вечеру на работе, волосы я ей красиво уложила феном и залакировала каждую кудряшку. Дочь все-таки почти дипломированный специалист по визажу и парикмахерскому искусству! Сама же одела, приберегаемый мною для особого случая, красивый комплект нижнего белья черного цвета, облегающую полупрозрачную блузку, позволяющую видеть белье одетое на мне. Юбку я одела максимально короткой длины, черный колготки аппетитно обтягивали мои стройные девичьи ножки, и все это завершали высокие черные сапоги на высоком каблуке. Волосы я просто хорошо вымыла и распустив подвязала их черной ленточкой в «конский хвостик» на затылке. Челку «поставила» лаком и нанесла соответствующий вечерний макияж. Над макияжем мамы тоже работала я.
И ровно в семь вечера мы с мамой вдвоем входили в ресторан «Москва». Наверное дамам следовало слегка опоздать, но это было деловое свидание и мы пришли в точно назначенное время.
Покрутив головой и поймав на себе восхищенный взгляды сидевших в зале мужчин, один их них даже заговорщицки подмигнул мне, мы увидели Сергея за последним столиком в углу. Столик был слабо освещен и полумрак создавал даже какую-то интимную обстановку, что наверное не способствовало деловой беседе к которой мы готовились. Сергея мы узнали не сразу, он снял военную форму и был в строгом сером костюме, белой рубашке и темно-синем галстуке. Гражданская одежда шла ему по-моему даже больше чем военная форма. Он выглядел очень элегантно. Мы подошли к его столику. Он был уже накрыт и сервирован.
— Я решил сделать Вам приятное и заказал ужин для себя и для Вас, — улыбнулся Сергей.
Он встал и галантно отодвинул стулья перед мамой и передо мной. Мы поблагодарив сели за стол. На столе уже стояли холодные закуски и бутылка вина. По виду моей мамы я поняла, что ей приятно такое развитие событий, но вслух она произнесла совсем другое.
— Сергей, спасибо, что Вы так галантно ухаживаете за нами, но я все-таки хотела бы сразу приступить к обсуждению нашего вопроса. Не истолкуйте мои слова неправильно, но меня очень сильно волнует судьба моего ребенка.
Сергей улыбнулся.
— Людмила Николаевна, я понимаю ваше волнение, но хочу все-таки чтобы мы вместе совместили приятное с полезным. Угощайтесь, прошу пододвиньте Ваш бокал, я налью Вам немного вина. Думаю и вашей дочери можно налить немного?
Мама молча пододвинула наши бокалы Сергею. Он аккуратно разлил вино по бокалам, мне он налил совсем немного. После чего взял свой бокал и произнес.
— Я хочу выпить с Вами, прекрасные сударыни, за начало нашего сотрудничества. Я уверен, что оно будет обоюдовыгодным для нас.
Последние слова явно маме были неприятны, но она промолчала, понимая, что Сергей сейчас находиться в более выгодном положении чем мы, и он нам нужен гораздо больше чем мы ему.
— Сергей! — Начала мама. — И все-таки давайте перейдем к нашему делу?
— Хорошо, если вы настаиваете, — опять обаятельно улыбнулся он.
Вообще, несмотря на то, что Сергей был обычным взяточником, мне почему-то он сразу внушил симпатию. И нравился мне он все больше и больше. Высокий брюнет, лет тридцати, ростом почти на голову выше меня, хотя мой рост для девушки был не очень маленьким. Он составляет метр семьдесят пять сантиметров. А Сергей был наверное все метр девяносто. Темная копна волос, несколько более длинная, чем положено по Уставу для офицера, голубые глаза и очень обаятельная по-детски наивная улыбка. Они просто покорили меня. Как бы не влюбиться?
Итак, Сергей изложил нам суть дела.
— Людмила Николаевна, я по образованию медик, но волею судьбы попал в армию. Диагноз Вашей дочери, а именно транссексуализм, мне в общих чертах понятен. Я согласен с Вами, что ваш ребенок не должен служить в армии. Для этого есть два пути. Первый путь законный и официальный, его Вам предложил Борис Борисович, второй путь могу предложить Вам я. Суть дела заключается в следующем: я могу помочь Вам в отсрочке.
Не буду описывать пламенную и чувственную речь Сергея, где он описал нам все ужасы, творящиеся в настоящий момент в Российской армии, тем более ужасы которые могли ждать меня, если я попаду в армию, но как он нас заверил этого не будет! Я попытаюсь вкратце описать предложение Сергея. Он предлагал нам за весьма символическую плату, в размере пятьсот долларов ежегодно, получать отсрочку. То есть, проще говоря, за пятьсот долларов в год он просто придерживал дело призывника, не давая ему законного хода. И ежегодно в течение десяти лет мы должны были ему платить по пятьсот долларов.
— А если все же что-то не получиться, то я гарантирую Вам возврат суммы за последний год. За прошлые года не возвращаю, т. к. в армии Ваш ребенок все-таки этот период не был.
По виду моей мамы можно было понять, что она ожидала несколько другого поворота событий. И даже если она и готова была дать деньги за мое освобождение от армии, то видимо надеялась, что это будет один раз и навсегда. А тут придется платить ежегодно по пятьсот долларов.
— Какие Вы даете гарантии? — как в кино спросила мама.
