— Господа, если вам не нравится моё предложение с лампой, попробуйте создать мануфактуру по производству оконного стекла. Уж этот товар всяко будет пользоваться спросом. В том же Санкт-Петербурге знаете, какие окна в домах? Каждое, как четыре вот таких! — и тычу пальцем в раму. — И там вы не найдёте даже кусочка слюды. Столичная знать брезгует пользоваться пережитками прошлого. На смену старине идёт технический прогресс! Как вы думаете, почему в той же Англии ткут столько ткани, что могут продавать её по всему свету? Потому, что используют для этого дела механизмы. Один станок легко может заменить десяток людей. Надеюсь, вы слышали о таком понятии, как демпинг?
Естественно, никто не слышал. Хотя прекрасно знают, что значит — перебить цену. А я снова погружаюсь в мир бизнеса и рассказываю, как дельцы ведут свои дела. Народу интересно, но меня снова спускают с небес на землю.
— Леонид Иванович, чтобы построить мануфактуру по производству стекла, нужны специалисты, разбирающиеся в этом деле. И где их взять? Может быть, вы возьмётесь? — спрашивает воевода.
— Господа, я могу составить бизнес-план, но само производство мне не знакомо…
— Что такое «бизнес-план»? — сразу звучит вопрос.
Приходится объяснять новый для этого времени термин. Получается с трудом. Я произношу сплошь незнакомые слова. От избытка новой информации у людей образуется каша в голове. В результате интерес пропадает. Люди делают вид, что слушают меня, а сами… На столе вкусная еда и вишнёвая наливка. Она ближе и вкуснее непонятных прожектов. М-да… Тогда пытаюсь разжевать всё простыми словами.
— Леонид Иванович, если вы не разбираетесь в стекольном деле, зачем же тогда все эти объяснения? — снова ошарашивают меня.
Сука! Как им объяснить, что технология изготовления стекла, это лишь часть большого процесса? Организация доставки сырья, учёт, складирование, хранение, сбыт, реклама, финансирование — вот что самое главное. Но народ уже меня не слышит. Хочется наорать, но я сдерживаюсь. Зачем мне конфликт? Мило улыбаюсь, пожимаю плечами и отправляю в рот наливочку… За мной охотно повторяют, кроме отца Дорофея и Марии Васильевны. Они вовсе не пили.
Что-то захотелось по малой нужде. Извинившись перед гостями, выхожу на улицу… Блин, да что за карма такая? Следом за мною увязался отец Дорофей. Да и хрен с ним… М-да, а на улице-то темно. Небо вдобавок пасмурное. В туалете, наверное, вообще ничего не видно. Пристроились возле конюшни. Только-только избавились от излишков, как батюшка спрашивает меня:
— Леонид Иванович, вы же близко знакомы с его превосходительством Михаилом Илларионовичем Воронцовым?
— Э-э… — завис я: «Вот же гадство. И чего этому попу надо?» — К чему ваш вопрос, отец Дорофей?
— Тут такое дело… — замялся батюшка. — Я пытался через нашего воеводу отправить челобитную в Берг-коллегию, но ответа до сих пор нет.
— А по поводу чего челобитная?
— Железно-заводчики Меллеры на монастырской земле поставили свои заводы, а денег оброчных не платят. Вот и хочу, чтобы взыскали с них…
— А разве в Боровске есть железоделательные заводы? — искренне удивляюсь.
— А чего же им не быть? — теперь удивляется поп.
— А руду они, где берут? — спрашиваю, а сам думаю: «Как жаль, что я плохо разбираюсь в этих вопросах. Вот была бы у меня карта с месторождениями полезных ископаемых, тоже можно было чего-нибудь замутить… Пусть я никогда не изучал металлургическое дело, но подсказать умную идейку всяко смогу. Чем отличается сталь от чугуна — знаю. Химические процессы, происходящие при плавке, представляю. Да и литература кое-какая на глаза попадалась…»
— Из Оболенского уезда по Протве привозят, — отвечает отец Дорофей.
— А как бы с этими Меллерами познакомиться?
— Так идите завтра с утра к ним на завод и знакомьтесь.
— Благодарю за подсказку, отец Дорофей, — киваю, а сам думаю, что с батюшкой лучше поддерживать хорошие отношения. — А давайте сделаем так, вы напишите ещё одну челобитную в Берг-коллегию, а я постараюсь, чтобы она дошла до нужных людей.
— Ох, благодарю, Леонид Иванович! — у старичка аж засветились глаза. — А то ведь знаете, сколько на монастыре висит расходов…
По словам архимандрита, выходило до хрена! Тут с денежными потоками вообще происходили полные непонятки. Кто за что отвечает, фиг поймёшь. И это при том, что на территории монастыря квартировали солдаты и офицеры Боровского гарнизона. Там же им выдавали жалование. А ещё в монастыре располагался сборный пункт во время рекрутского набора. Что-то в моей голове воинская часть и монастырь вообще никак не сочетаются. Похоже у меня неправильная голова.
