Травля полностью

Что-то ударило по моим защитным барьерам, грозя полностью их сломать. Теплые слезы катилась вниз, и я презирала себя за то, что снова плакала перед ним, но затем он сделал то, что меня поразило. Он поднес свои холодные пальцы к моим щекам и нежно вытер мои слезы, касаясь меня так легко, что мне это вполне могло показаться. Его глаза обводили места, которых касались его пальцы, с такой глубокой напряженностью, что у меня перехватило дыхание.

На мгновение я почувствовала себя как он — питающейся этим драгоценным, ужасным наркотиком, без которого я не могла жить. Хейден был этим наркотиком, заставляющим меня терять себя в моменте и чудесных ощущениях, которые пронизывали меня и стирали все следы разума. Я знала, что должна отстраниться от него, но его трепетное прикосновение поймало меня в ловушку, и мое сердце разбилось.

Это было неразумно. Мне следует выйти из машины и отдалиться от него. Я ненавижу его. Почему это происходит со мной, когда я его ненавижу?

Я ненавижу его.

Почему я не могу отстраниться от него? Почему мне так тепло внутри, когда он так на меня смотрит?

Не делай этого с собой.

Он пытался убить тебя.

Я не могла позволить ему так со мной играть. Я никогда не забуду, что он со мной сделал. Отказываясь поддаваться этим сбивающим с толку эмоциям, я оттолкнула его от себя и расстегнула ремень безопасности.

— Я ухожу отсюда.

Я знала, что мы были в глуши, и выходить в это время и в этом месте было безумием, но я не могла нормально думать рядом с Хейденом. Рядом с ним все было размыто. Все было спутанным и перекрученным, и эта вездесущая печаль подавляла меня.

— Что? Нет. Не уходи.

Он схватил меня за запястья, не давая открыть дверь, и мой гнев взлетел до небес.

— Отпусти меня!

Я дернула его, но он не отпускал меня, и я дергала снова и снова… Я пылала яростью, устала от того, что он контролирует меня. Я устала от этих эмоциональных американских горок, на которых я каталась весь вечер. Я устала от всего. Я больше не могла этого выносить. Горячий яд разлился по моим венам, и мне ужасно захотелось что-нибудь ударить.

— Отпусти меня, сукин сын! — Я потянула запястье еще сильнее, сумев разорвать контакт, и снова оттолкнула его. — Не трогай меня! Не смей даже пальцем трогать меня!

Он отшатнулся.

— Сара…

— Я не могу находиться здесь с тобой! — Я ударила кулаком по окну, принимая тупую боль, возникшую от удара. — Ты слишком давишь! После всего, что ты сделал, чего еще ты хочешь от меня? — Слишком обезумевшая, чтобы терпеть это еще секунду, я потянулась к дверной ручке.

— Пожалуйста, Сара… — Пожалуйста? Внезапно Хейден обнял меня сзади, словно пытаясь успокоить. Он положил голову мне на плечо, крепко прижимая меня, и нежность его действий полностью выбила меня из колеи.

Я замерла, уставившись в темноту снаружи, упиваясь теплом его тела позади моего.

Он не мог держать меня так.

— Не делай этого. — Его голос был умоляющим, противоположным всему, что было у Хейдена, и это пугало меня больше всего. Моя кровь лихорадочно мчалась по моим венам, пока я ждала… Чего? — Не уходи. Я… я… я нуждаюсь в тебе. — Что-то схватило мое сердце, безжалостно раздавливая его.

И вот так вся моя ярость ушла, оставив после себя разочарование…

Я любила тебя, Хейден. Когда-то давно я хотела стереть твою тьму. Теперь, после всего, что ты сделал… Слишком поздно.

— Зачем ты мне все это рассказываешь? — Спросила я необычно хриплым голосом. — Хоть раз скажи мне правду.

Он вздрогнул, словно обжегся, отстраняясь от меня, и я повернулась к нему лицом. Страх, который я увидела на его израненном лице, прозвучал как гром среди ясного неба. Это был первый раз, когда я видела Хейдена неуверенным и потерянным.

Я думала, он откажется отвечать или оскорбит меня, но он удивил меня, когда сказал:

— Потому что я не могу тебя отпустить. Я пытался, но не могу. — Он тяжело вздохнул и отвернулся, не в силах смотреть мне в глаза. — Я хочу тебя всю для себя.

Мои защитные барьеры наконец рухнули, и я не могла остановить это опьяняющее тепло, наполняющее меня. Я не могла остановить его от воздействия на мое сердце. Несмотря ни на что, это тепло вернуло меня к жизни. Оно придало цвет серости и создало музыку для моих ушей. Это было так неправильно, но я чувствовала, как будто все щелкнуло. Каждая часть этого беспорядка была на своем месте, и не имело значения, что он был таким темным. Я чувствовала сильное желание прикоснуться к нему и раскрасить его темноту в более светлые оттенки, положив конец нашему одиночеству.

Теперь я поняла, что не все мои теплые чувства умерли после дня похорон Кайдена. Всегда был маленький огонек, переживший все эти мучительные дни. Всегда была крошечная часть меня, которая отчаянно надеялась услышать эти слова от Хейдена. Это было похоже на сон, ставший явью, или, что еще лучше, на кошмар, потому что мы с ним никогда не сможем быть вместе.