Чтобы ее сын и дальше оставался человеком. Хотел им оставаться. Даже если по своей сути таковым и не являлся.
Кэрол благополучно доехала до кладбища.
Преследователь так и не появился.
Патрику удалось уснуть, и проснулся он только, когда они остановились. Сев, он сонно взглянул на мать. Она сидела неподвижно, с застывшим лицом смотря куда-то перед собой невидящим взглядом.
— Их нет, — чуть слышно выдавила она.
Согнувшись, она уронила голову на руль, обхватив его руками.
Патрик выглянул в окно.
— Ты что-нибудь увидел? Узнал? — не поднимая головы, спросила Кэрол глухим голосом, стараясь не показать своего отчаяния.
— Я знаю, что Кален жив, и что мы находимся от него на недостаточном расстоянии, чтобы оказаться за пределами его света! — с досадой ответил мальчик. — У меня ничего не получилось. Все, что я увидел — это этот долбанный свет. Мертвые меня не слышат.
— Но если они поблизости, почему не приехали до сих пор? — почти со злостью воскликнула Кэрол, не совладав с эмоциями.
— Кален благословенный, не забывай. С ним не может случиться ничего плохого. Если он жив… это не значит, что и с остальными все в порядке.
— Но Тимми тоже благословенный! Так сказала Габриэла! С ним тоже не может ничего случиться!
— С ним — может. Он не такой, как Кален. Он не может умереть… вроде как, но случиться с ним может, что угодно. И уже случалось, не раз. Разве нет? Так что на это рассчитывать не стоит. Вероятно, эти габриэловцы до них добрались. Другой причины, по которой их здесь до сих пор нет, я не нахожу. А ты?
Кэрол качнула головой, все еще прижимаясь лбом к рулю. Протянув руку, мальчик погладил ее по белым волосам, которые она освободила от парика, не видя сейчас в нем смысла.
— Не надо было нам их бросать… уезжать, — голос Кэрол задрожал от слез. — Это я виновата. Тимми так не хотел нас отпускать!
— Нет, если бы мы не уехали, то не узнали бы о том, что они идут за нами. Они бы застали нас врасплох. И сейчас мы с тобой могли бы уже быть мертвы.
— Но мы бросили их… и теперь мертвы могут быть они! Из-за нас! О, как я от этого устала! Я не вынесу больше… я не могу! — плечи ее задрожали от беззвучных рыданий.
Взяв за руку, Патрик потянул ее к себе, пытаясь оторвать от руля. Кэрол в отчаянии упала в его объятия.
— Вдруг они просто не захотели убегать и остались, чтобы самим расправиться с этими ублюдками? — утешил ее он. — Это вполне было бы в их духе. Они убьют габриэловцев, и придут. Вот увидишь. Они сильные, у них за плечами военная подготовка и опыт. Что им эти дилетанты, которые и оружие толком держать, наверное, еще не научились! Да Нол и Исса перебьют их, как назойливых мух!
— Убьют? Десять человек? Даже если так — эти убийства не останутся незамеченными! Мы в чужой стране… бежать теперь и от местной полиции? Нам нужно пересекать границу, а если нас поймают? Раз уж они приняли такое решение — они ненормальные! Что, ежели они так и сделали, а их схватила полиция, и теперь они в тюрьме, потому и не могут приехать к нам? Что тогда делать? Они должны были сделать, как я сказала! Уходить оттуда, бежать. Приехать сюда. О, если с ними что-нибудь случится, я никогда себя не прощу! — простонала Кэрол.
Патрик подавлено помолчал, ласково гладя ее по белым густым волосам.
— Что делать-то будем? — мрачно спросил он.
— Ждать. Будем ждать их здесь.
— Может, уехать подальше, где свет Калена нас не будет достигать, и попробовать что-то узнать?
— А если мы с ними разминемся, мы уедем, а они приедут? Как потом мы найдем друг друга? Если они не догадаются отослать от себя Калена, мы не сможем их найти! Нет, давай подождем. Хотя бы до утра, — отстранившись, Кэрол решительно вытерла с лица слезы и снова завела машину. — Заедем на кладбище, спрячемся, на всякий случай, если вдруг проклятый опять сюда заявится.
— От него не спрячешься, как я понял, — угрюмо пробубнил Патрик себе под нос.
— Здесь свет Калена. Он должен блокировать и его. Он не увидит нас, как мы не можем ничего увидеть.
— Он может уехать на достаточное расстояние, где свет его не достанет, увидеть, что мы здесь, и вернуться.
— И что ты предлагаешь? Уехать прямо сейчас? А если Тим и Исса приедут?
Мальчик угрюмо промолчал.
Кэрол тем временем съехала на подъездную дорогу к кладбищу и осторожно поехала по ней. Когда дорога свернула вправо, Кэрол аккуратно развернулась, остановилась и выключила фары. Их сразу же окутали темнота и тишина.
— Тебе не страшно? — тихо спросила она, найдя в темноте руку мальчика.
— Нет. Я не боюсь кладбищ. И мертвых. Я знаю, что они не здесь. А ты разве боишься?
— Нет, — Кэрол улыбнулась в темноте. — Раньше боялась. Теперь, когда научилась с ними общаться — нет. Я боюсь темноты… безлюдных мест… черных зарослей и шумящих над головой деревьев… холода…
— Это из-за того, что ты пережила в прошлом. Сначала в парке, потом тогда, с Мэттом… Ничего, все забудется. Я же тебе пообещал, что скоро тебе нечего будет бояться, и некого. Теперь ведь у тебя есть я.
