— Малину белую ем, — мстительно ответила я.
Это, конечно, не совсем забор. Так, остатки былой роскоши — чуть подальше от того места, где мы с Сергеем ели малину. Здесь темно и уютно, как в шалаше. Он, забор этот, спрятанный кустами малины и вишни-"плакучки", махонький, всего метра три в ширину. Два столбика, вбитых в землю, две поперечные жерди — и доски на них. В одном месте доски не хватало, так что я, усевшись на корявую нижнюю жердь, снимала спелые ягоды с веток поближе и размышляла. Я уже всё для себя решила. Запутанных ситуаций не люблю. Легче их рвать сразу. Но сейчас мешал Стах. Я-то уже сегодня решила сбежать, сразу после вечерней перевязки. А что? Через лес — час спокойной ходьбы. Утром, благо Сергей встаёт не слишком рано, а я — наоборот, как раз бы успела к перевязке утренней. А потом бы опять сбежала. И целый день свободна.
Но кот решил по-своему. Он вдруг начал ходить за мной по пятам, не отставая. Нет, конечно, я могла бы забрать его с собой, но оставлять Сергея совсем в одиночестве… Зарапортовалась. Какое одиночество?.. С ним остаётся и Андрей. И эти двое.
И теперь я сидела и думала, не слишком ли сильно я заранее паникую. Такое в моём характере тоже есть. Со вздохом сняла ещё ягодку, сунула в рот. Вкусно… Прохладная такая сладость на языке…
— Оля!
Я затаилась. От этого повелительного голоса аж мурашки по спине… Еле слышное потрескивание и поскрипывание песка на асфальтовой дорожке под резиной колёс. А вскоре послышался и шелест травы. Свернул к малине.
— Оля! — настойчиво позвал Сергей. — Если я подъеду ближе, Андрею придётся меня отсюда вытаскивать. Колёса застрянут в земле.
Вздохнув, я нагнулась, чтобы не треснуться головой о верхнюю перекладину, и вышла из кустов. Сергей сидел в кресле спокойно, только пальцы левой руки неслышно барабанили по подлокотнику… Шантажист.
— Ты одна? — как-то незаинтересованно спросил он, будто ему всё равно — одна я, нет ли. И чего тогда спрашивает вообще?
— Нет, не одна, — строптиво ответила я и обернулась.
И он невольно тоже посмотрел на малину. Вцепившись обеими руками в подлокотники. Лицо сразу почему-то осунулось, а глаза заледенели.
Стах вышел из кустов важно и с осознанием собственного кошачьего достоинства. Встал рядом с моими ногами. А потом сел, укоризненно глядя на хозяина.
— Почему ты здесь сидишь? — с каким-то хмурым облегчением спросил Сергей.
— Потому что Регги нет. Была бы она, я не сидела, а бегала.
— Тебе жаль… Ты очень жалеешь, что я уволил Вадима?
— Что ты делаешь, меня не волнует. Это дело хозяйское — принимать на работу или увольнять. — Я запнулась, когда в голову пришла новая мысль, и уже внимательно посмотрела на Сергея. — А-а… А ты, случаем, не увольнять меня пришёл?
— С чего ты так решила? — Судя по дрогнувшим бровям, удивился он искренне.
Он развернул кресло и поехал к дорожке. Передние колёса въехали на асфальт — задние забуксовали. Я подошла и машинально схватилась за какую-то раму сбоку — приподнять одну сторону кресла. Господи, какое тяжёлое!
— Опусти! Что ты делаешь?!
— Ты же застрял! Вытаскиваю! — обозлилась я: тоже — нашёл неженку! Поработал бы с моё в деревне в самую страдную пору!.. Хоть и давно было, но физической работы не боюсь! И вообще. Небось, не возражал, когда ночью мне пришлось его держать!..
Кресло поднялось на дорожку. Не оборачиваясь, Сергей проехал было несколько метров — и остановился. Повернул голову — намёк на обернуться.
— Ну, ты идёшь?
— У меня свободное время, между прочим, — не сдвинувшись с места, сказала я. Стах посмотрел на меня, посмотрел на хозяина. И тоже с места не сдвинулся. Ура… Хоть этот меня понимает. — Да и что сейчас в доме делать?
— А здесь — что?
Хотела я ему ответить, что было дельце, пока он не приехал… Но…
— А здесь — малина, — в том же тоне ответила я. — Зря пропадает. Доем — приду. — Выждала паузу, глядя на его пальцы, снова забарабанившие по ручке кресла, и ехидно добавила: — А может, и нет. До перевязки времени полно.
Пальцы на подлокотнике застыли.
— Не пойдёшь?
— Ну, Сергей, что мне там делать? Ты занят с гостями. Андрею не до меня. Я хоть погуляю здесь о Стахом.
— Ты могла бы посидеть с нами.
Впервые я услышала его нерешительность. И сама хмуро спросила:
— Смеёшься? Да? Наёмная служащая — с гостями?
— Ты так расцениваешь своё положение в моём доме? — Ух, какое высокомерие прорезалось в голосе… Он начал неловко разворачивать кресло ко мне, и я поспешила обойти его сама. Холодные зелёные глаза замерли на мне. — Почему? Ведь совсем недавно тебе нравилось здесь.
— За что ты уволил Вадима?
— Тебе очень плохо, что я его уволил?
— Да, плохо. А если Андрей в следующий раз подойдёт ко мне и скажет, что ты больше не нуждаешься в моих услугах? Причём ничего не объясняя?
— Хочешь — верну его? — Он прищурился, хотя солнце было за его спиной.
— А смысл? — пожала я плечами. — Он не вернётся.
— Почему ты так думаешь? Ты говорила с ним? — Вот тут он удивился.
— Нет. Не говорила. Просто, если б ты так поступил со мной, я бы точно не вернулась… И ещё. Ты его не вернёшь в любом случае.
— Почему?
