Она слизывала мою кровь, когда я не сопротивлялась. Сейчас я переживала, не воспримут ли Всевышние это как знак того, что я отдала ее добровольно. Не зарастут ли раны на ее лице, оставленные моим гневом. Не восстановится ли ее детородная функция? Что за наказание уготовит ей Свейлон? Чего я сама бы хотела для нее? Смерти? Нет, это слишком просто, да и противно моей природе. Изгнание? Да, наверное, изгнание. Из высшего общества, из столицы, из рода. Лишение всех благ цивилизации, всего, ради чего она это творила.
- Мамочка, почему ты плачешь? – в спальню заглянула Аннис. – Тебе больно? Ударилась?
Дочка потянула меня наверх, помогая подняться. Подняла ее на руки и прижала к себе.
- Все хорошо, милая, - прошептала ей в волосы. – Просто расстроилась немного.
- Я тебя люблю, мамочка, - мою шею обвили тонкие ручки.
- И я тебя люблю, маленькая, - поцеловала ее щечку, носик, лобик. – Очень-очень люблю!
Эвандер мялся в дверях, не заходя в спальню. Подняла на него глаза, ловя встревоженный взгляд. Неужели он и правда чувствует меня? Чувствует мое состояние? Чувствует, но не пытается вмешиваться, контролировать, запрещать. Так и стояли, смотрели друг на друга. Не знаю, о чем думал он, а вот я думала, что разговор с Тревором неумолимо приближается. Давно назрел, больше откладывать нельзя.
Все ошибаются, отчего-то я думала, что узнаю свою судьбу сразу, с первого взгляда. Пойму, что это он, мой единственный. И Тревор… очень походил на того самого. Мои чувства к нему были довольно сильны, отличались от того, что я испытывала к другим. Но теперь я знаю, что он не тот самый.
Тревор пришел к вечеру.
Эвандер только-только унес почти уснувшую Аннис наверх, там успели установить несколько кроватей. Харишаф тоже уже поднялась. Дора недавно ушла, оставив сытный ужин. Димис вернулся в академию. Пропустив два дня, которые провел в лавке, удостоверился, что со мной все в порядке, полетал с отцом, обоим нужно было выпустить вторую ипостась и спокойно вернулся к занятиям, пообещав навестить нас, как только выдастся такая возможность.
Разговор с Тревором с самого начала пошел не так, как нужно.
- И что с ней будет? – имела в виду Арьяну.
- Не знаю, - Тревор отмахнулся. – Свейлон еще не решил. Мои ищейки разыскивают ее мать. Сегодня прилетел вестник, в обители творилась дичь похлеще той, что устроила Арьяна. Из небольшого сообщения не все ясно, нужно ехать лично, разбираться, - устало выдохнул он. – Я ведь уже просил тебя перебраться в моей поместье. А ты снова здесь! И Эвандер, насколько я знаю, тоже, - обвинительно заявил лотр.
- Я здесь, потому что мне здесь хорошо, - смело встретила взгляд мужчины.
- А со мной плохо? – вскинулся он.
- Тревор, ты ведь никогда не примешь меня, мою суть. Раз за разом ты пытаешься подстроить меня под твои идеалы, втиснуть в те рамки, что сам установил. В рамки местного общества. Я не соглашусь на это. Никогда! Достаточно вспомнить, как ты обрадовался, узнав, что я лишилась силы, подаренной Всевышними…
- Злишься?
- Это не злость, нет, - покачала головой. – И даже не обида. Знаешь, я, наверное, поняла, что зря согласилась принять его, - медленно стянула с пальца помолвочное колечко. – Прости, Тревор, но ты не тот.
- Нет, - мужчина сжал мою руку с кольцом, - я его не возьму! Лисанна, я был не прав, признаю. Недооценил, насколько для тебя важно то, что ты делаешь. Мне… очень хотелось бы, чтобы ты была только моей, чтобы не тратила всю себя на незнакомых людей, чтобы вся была для меня.
- Этого не будет! - резко отстранилась. – Я такая, какая есть, Тревор, и уже не изменюсь. Не потому, что не могу, потому что не хочу! Мне нравится все, что я делаю. Нравится приходить в лекарскую, нравится помогать недужным, нравится готовить снадобья и собирать травы! А еще я люблю Димиса и Аннис и никогда не смирюсь с тем, что их не будет в моей жизни! Ты ведь и к ним ревнуешь, так?
- Ко всему миру, - горько подтвердил лотр. – Я тебя люблю, Лисанна. Это чувство выжжено клеймом у меня на сердце. Мне достаточно держать тебя за руку, чтобы чувствовать себя счастливым. Достаточно, чтобы ты была рядом. Дети… я ведь тоже хочу детей! Только своих. Не его, - качнул головой. – Своих!
- Они не его, они мои, Тревор! Не обязательно вынашивать дитя под сердцем, чтобы считаться матерью. Димис и Аннис, как ты говоришь, выжжены клеймом у меня в сердце. Когда Димис умирал, я умирала вместе с ним. В моем мире есть выражение: «горы свернуть», сделать что-то невозможное, неподвластное силам даже одаренного. Теперь я понимаю значение этих слов. Тревор, я верю, что у каждого есть тот, кто составит счастье, есть вторая половинка. Нужно только постараться ее найти.
- Ты - моя вторая половинка, Лисанна, - резко шагнул ближе и прижал к себе. – Не отпущу, - прошептал истово. – Не смогу, просто не смогу.
- Ты еще найдешь ту самую, Тревор, - медленно отстранилась. – Но это не я.
- Из-за Эвандера? – Тревор вдруг разозлился. – Это из-за него?
- Это из-за меня. Потому что я так чувствую.
