— Угу! — согласно кивнула Келли с набитым ртом. Она быстро вытерла руки салфеткой и стала просматривать газету, мгновенно сообразив, что это воскресный номер «Нью-Йорк Таймс». — Давай разгадывать кроссворд вместе. Мы вдвоем, правда, забавно?
Стив задумался, прежде чем ответить.
— Мы подеремся.
— Что ты! Нет! Только помни, что я обычно права. Ну? Где ручка?
Стив встал с кровати, подошел к тумбочке.
— Ты что же, сразу ручкой пишешь?
— Секрет! Он мало кому известен. Что касается кроссвордов, то у каждого любителя своя маленькая тайна.
— А почему тогда, на вечере, ты была так не уверена?
— Просто была смущена.
Вот еще тема для раздумий. Пока Стив прикидывал, в какой форме обсудить свои наблюдения, Келли засунула подушку за спину, а газету положила на колени.
— Ты не можешь похвастаться тем, что никогда не делаешь ошибок, — сказал Стив, с удивлением наблюдая, как она заполняла клетки трех первых слов.
Келли засмеялась, весело покачала головой.
— Только не в кроссвордах.
Стив скользнул под простынь, лег рядом с ней, обнял за плечи.
— О! Да ты уже шесть слов отгадала. А про что кроссворд?
— Основная тема — всякие фобии. А ключ-подсказка — олимпийский символ. Пять букв: О-о-о-о-о.
Стив улыбнулся с издевкой.
— Ты обманываешь!
— Все сходится. — Она гордо вскинула голову.
— Ну-ка, семнадцать по вертикали?
— А я сначала отгадываю все по вертикали, а только потом по горизонтали. Хитрость — слово из пяти букв.
— Обман. Так, семнадцать по горизонтали?
Келли оторвала прилипшее к колену зернышко и недовольно прочитала: «Состязание ковбоев».
— Родео — действительно, сходится.
— Говорила же, что все правильно, а ты меня хвастуньей назвал.
— Я так не говорил. — Стив наклонился над плечом Келли. — Бара.
Она вздрогнула, едва не задохнувшись от подступившего чувства. Ручка оставила на газете пятно.
— Что?
— Теда Бара. Двадцать семь по горизонтали.
— Мы должны делать все по порядку. Вот тут «боязнь закрытых помещений».
— Агорафобия, — хором сказали они.
— Нет, это, кажется, боязнь открытого пространства.
— Знаю, — пробормотал Стив и тихонько рукой повел по спине Келли.
Келли не выдала ничем, что сердце ее затрепетало. Она чуть слышно вздохнула, когда он убрал руку. Сейчас ей хотелось забросить эти буквы к черту.
— Келли? — Стив обхватил ее руку.
Она глубоко вздохнула. Затаила дыхание, подняла на него глаза.
— Да?
— Давай отгадывать дальше. Читай.
Келли бросила на него ироничный взгляд.
— Ну, что же, продолжаем.
Стив снова погладил ее руку.
«Сделать все возможное, чтобы он занимался только кроссвордом», — решила она.
— Так. Боязнь пушистых мехов.
— Что? — он захохотал, откинулся на подушку. Внезапно дрожь, как судорога, прошла по его телу. Мышцы напряглись. Келли сразу забыла про слова. Стив сел, наклонившись так, что его грудь прижалась к ее спине. Он положил подбородок ей на плечо и сказал тихо, прямо в ухо:
— Ангорофобия.
Келли фыркнула.
— Ты не можешь стать серьезным. — Но она очень надеялась, что он серьезен, во всяком случае, по отношению к ней.
Ему безумно хотелось ласкать ее, быть с ней рядом. Поэтому лучше спорить, чтобы потом любить.
— Это игра слов, но сюда подходит, записывай, — мягко скомандовал Стив. Его губы почти касались ее шеи.
Слабой рукой она едва вывела буквы, совсем без нажима.
— Так вот как ты все сразу пишешь ручкой!
— Это нечестно!
— Давай другое слово.
Она выбрала еще одно.
— Хорошо. Страх перед сельскохозяйственными работами.
— Агрофобия?
Келли было не очень приятно, но она вынуждена была согласиться с тем, что он опять прав.
— Мне кажется, ты верно угадал принцип построения.
— Здесь несколько принципов. — И он покрыл поцелуями ее ключицу. Келли уронила газету. — Нет, не останавливайся! — сказал Стив, пряча улыбку за ее спиной. Прошлой ночью она шептала ему эти слова. — Продолжай писать.
А он продолжал ее мучить. Никогда прежде Стив так подробно не изучал спину женщины. Гладкие лопатки слегка выделялись. Такая тонкая талия. Плавная, волнующая линия бедер. Кожа необычайно мягкая, а как чудно пахнет. «А какой у нее вкус…»
— Стив!
Какой дивный изгиб! Его рука нежно скользила по спине. Точечное исследование подошло к концу. Он успокаивающе гладил затылок, перебирал локоны, чувствуя пальцами ее растущее напряжение.
— Ты нашла слово, которого не знаешь? — невинно спросил Стив. Он забрал газету с ее коленей. Иногда разговор должен быть закончен, реже бывает, когда заканчивается время. Стив подчеркнуто медленно закрутил колпачок ручки и сел рядом. Уложил Келли на кровать, лег рядом. — А теперь отгадай слово из шести букв для тебя и меня.
В голове Келли проносились всевозможные варианты. Только букв она не могла сосчитать. Сильные руки ласкали ее, страстные губы жгли поцелуями, нежный язык прикасался к самым заветным уголкам ее податливого тела.
— Экстаз! — со стоном вскрикнула, когда Стив овладел ею.
— Я задумал любовь!
Любовь.
А Келли думала о другом, таком маленьком и простом слове, всего из двух букв. «Да!»
— До свидания, мам! — Стив положил телефонную трубку, поцеловал в макушку Келли, лежащую рядом, прижавшись к нему. — Тебе надо было поздороваться с ней.
