Это действительно был Роман. Войдя, он пожал ребенку руку и, ничего не говоря, принялся освобождать столик от папок, книг, ноутбука и других мелочей. Посуды в номере не было, кроме двух чайных чашек, поэтому накрывали по-походному, разложив продукты на листах белой бумаги. Чтобы достать до пищи, сын забрался с ногами на стул, я села в кресло, а гость расположился радом со мной, на широком подлокотнике. Может потому, что он сидел выше всех, или чисто из хорошего отношения, Роман наливал нам холодный чай и подавал мне самые вкусные кусочки. Такая забота была приятна. Я расслабилась и забыла, что чего-то не хватает. После, вспоминая, поняла, что мы с мужчиной пили чай из одной чашки, глоток я, глоток он. Странно, что я, вечно оберегающая свою посуду от чужих посягательств, не возражала. Настолько доверилась новому знакомому?
Когда трапеза окончилась, а ее остатки отправлены в мусорку, Роман подошел к мальчику и серьезно сказал:
— Андрей, я хотел с тобой поговорить. Можно?
Ребенок, польщенный тем, что с ним обращаются, как со взрослым, важно кивнул.
— Хорошо. Тогда скажи, мы с тобой друзья?
— Ага.
Сын подскочил и порывисто обнял мужчину за плечи. Роман не отстранился, и так же серьезно продолжил:
— А ты не будешь возражать, если мы с твоей мамой тоже будем друзьями?
Андрюша молча замотал головой, а потом выдал:
— А мы будем вместе жить?
Я чуть не подавилась, хотя ничего не ела. Посмотрела на Романа, тот явно не знал, что ответить. И поспешила на помощь. Обняла своего фантазера и ласково сказала:
— Сынок, разве друзья живут вместе? Вот вы с Артемом дружите?
— Ага.
— Но вы же вместе не живете, вот и дядя Рома будет жить в своем номере. Просто будем ходить друг к другу в гости.
Ребенок поник.
— А я хочу, чтобы мы вместе жили, — упавшим голосом прошептал он.
И вот что тут делать? Не могу же я уверить сына, что так и будет! Растерянно посмотрела на «друга». Мужчина улыбнулся и вдруг крепко обнял нас обоих.
— Андрей, ку-ка посмотри на меня, — голос Романа заставлял подчиниться, и ребенок встрепенулся.
— Чтобы жить вместе, мы должны друг друга узнать. Ты как считаешь?
Мальчик торопливо закивал, потом преданно заглянул мужчине в глаза.
— Дядя Рома, ты не бойся, я хороший.
Голос ребенка снова дрогнул, но глаз он не отвел.
— Я знаю. Но может быть, я плохой. Поэтому торопиться мы не будем. Договорились?
Сын снова кивнул, но напряжение еще не покинуло его. Поэтому мы остались сидеть в кольце крепких рук, пока на его губах вновь не заиграла улыбка. Я была благодарна Роману, что он помог выйти из этой щекотливой ситуации, но, кроме благодарности, появилось еще какое-то другое чувство. И оно не было радостным. Но не успела обдумать и понять, что это, как Андрюша вырвался из объятий и подбежал к окну, за которым уже вовсю светило солнце.
— Мама, дядя Рома, а я хочу гулять. Пойдемте, а?
Мы переглянулись.
— Что ж, почему бы и не погулять. Я сейчас совершенно свободен, — заявил мужчина.
— Ну, вот еще, — возмутилась я, — сейчас кое у кого тихий час. Про режим дня не забыли?
— Ну, ма, ну пойдем, — сын подбежал ко мне и давай ластиться, — ну, совсем немножко!
— Да, Рита, разреши, — поддержал ребенка Роман, — немного погуляем, а потом Андрей без споров отправится в кроватку. Ведь так?
Он внимательно и серьезно посмотрел на мальчика и тот послушно закивал, словно китайский болванчик.
— Ну, ладно, — смягчилась я, — пойдем. Но через полчаса ты должен быть в кровати.
Радостно скалясь, сын схватил нас с Романом за руки и потащил из номера. Эх, если бы я знала, что случится, замуровала бы нас в комнате и никуда не пустила. Но, увы, ясновидение не входит в круг моих способностей.
Ветер утих, и волны на озере почти успокоились. Можно бы и искупаться, но вода, из-за поднятых глины, ила и песка, была грязно-коричневой и совсем не манила. Я сидела на берегу, а мужчины бегали, играли в догонялки. Смотреть на них было очень волнительно, появлялись глупые мысли о том, что мы семья. Но потом снова возникло то же чувство, что в и комнате, только теперь у меня время для размышлений было. И я поняла, что это такое. Ощущение того, что нами пренебрегли. Да, Роман мастерски выкрутился, заставив сына надеяться на совместное будущее, и я понимала, что так будет лучше, но моя иррациональная душа посчитала, что мужчина никогда и не задумывался о том, что мы будем всегда вместе. И что приручает он нас на время, чтобы потешить свое эго и поиграть в семью. И так больно мне стало, будто в сердце кто-то воткнул кол, да еще и поворачивал его там. «Дура! — прикрикнула я на себя. — Ты же это прекрасно знала! Так чего разнюнилась?» Постаралась взять себя в руки и успокоиться. А чтобы ускорить этот процесс, стала наблюдать за тем, как небольшие волны набегают на берег, расплескиваются и, крадучись, ускользают назад. Вот вода в очередной раз схлынула, оставив на берегу какой-то предмет. Вскочила и подошла посмотреть. Оказалось, ракушка, и довольно большая. Подняла и посмотрела на моих мужчин. Они уже бежали ко мне.