— Чего? — говорю и иду к ним. — Не мы такие жизнь такая?
У сладкой парочки за спинами крылья, будь они неладны. У длинного напоминают ветки сухого дерева, а у лысого мясистые широкие отростки.
— Ясно все с вами, — говорю, — крылатые вы мои.
Не даю им вставить и слова, завываю как сирена и врезаюсь кулаками в лицо низкого, он выглядит опаснее. Лысый даже не успевает нормально блокировать и только отступает под градом ударом. Я бью его, плюю ему в морду, отступаю и снова нападаю когда лысый умело берет в захват и оттаскивает меня от перепуганного и окровавленного противника. Стараюсь вырваться, кручусь, извиваюсь так, что мышцы трещат, и не перестаю материть кучеряшку. Умудряюсь укусить его за запястье, и он отталкивает меня ругаясь.
Я падаю на колени и на четвереньках ползу к лысому, тот ужасе кричит и дает заднюю. Кучерявый подбегает и хочет зарядить мне ногой по животу, я пропускаю и хватаю его за ногу, опрокидываю через себя и влезаю сверху. Хорошо, что голыми руками, потому что убил бы гада или изуродовал, а так только обойдется переломами носами, челюсти и крыльев.
Он уже не отвечает и только плюётся кровью, когда я замечаю нечто странное. Тень. Я не сразу понимаю, что не так. Поднимаюсь на колени, потом встаю, кучерявый закрывает лицо и плачет, все еще дергается от ударов, хотя я его уже не бью.
Фонарь над нами дает хороший свет, четкий и мощный. Мимо пролетает и сигналит очередная машина, в меня летит бутылка и скачет по асфальту. Я смотрю на тень и пытаюсь сообразить. Крылья за спиной у тени. Это ведь мои крылья? А почему?
3.
Кучерявый стонет и отползает от меня, пятясь как рак. Лысый хватает его за руку, помогает подняться, и они бегут, не оглядываясь. Я смотрю на свою тень и молчу. Длинная тень тянется пару метров и расправляет крылья.
Звук выстрела вдалеке. Потом ещё два. Крики толпы. Я вздыхаю и продолжаю созерцать свою тень. Что же это происходит? Моя очередь?
Существо сказало «Я всем дам крылья. У меня много работы». Что-то в этом духе. Значит и мне их прикрепили. Вот только зачем? Вопрос.
Два дебила уже скрылись из виду. Зря я так жестко с ними, что это нашло на меня? Не влияние ли перьев за спиной? Правой рукой чешу спину пытаясь достать отростки, но пальцы опять ловят воздух. Похоже не дано нам их ощущать, а вижу крылья только я.
А еще я чувствую атмосферу города. Это необъяснимо, но я знаю как он изменился. Всё вокруг уже не то. Что-то давит на воздух, что-то летает невидимой аурой вокруг, поднимается пылью с земли и оседает осадками снизу. Я не могу объяснить, что происходит и на что это похоже, но здесь стало тяжело дышать. С того момента как существо явилось в наш мир все стало не таким как всегда. Телефон резко звонит, и я вздрагиваю от неожиданности. Это Лёха — мент. Испугался? Чувствует?
— Здарова, Мишка.
— Привет.
Голос у него немного смущенный, потерянный. Человеку кажется немного стыдно за свое ублюдское поведение.
— Ты это, не обижайся. Вспылил я немного. Навалилось, понимаешь?
— Типа того.
— Давай адрес. Группа выедет и все сделают как нужно. У вас там ничего не изменилось?
Я думаю, что мне откуда знать, я уже на полпути, но не хочу разводить объяснения и все-такое. Поэтому сообщаю однокласснику, что все нормально, убийца пьяный спит, скорую вызвали и труп не трогают.
— Вот и хорошо. Ждите сотрудников тогда, адрес я помню.
Пусть едут, пусть разбираются. Меня беспокоит чёрное небо над головой, то есть оно и так ночью не блещет, но сейчас набежали тяжелые и мрачные тучи и закрыли даже месяц. Вдобавок похолодало, и ветер продувает насквозь. Если сейчас не начнется холодный душ, то я ничего не понимаю в этой жизни.
— Ты на улице что ли? Слышу гремит.
— Да. Вышел прогуляться. Слушай, я побегу укрытие искать, а то в больницу не охота.
— Мда, больницы сейчас переполнены, лучше не попадать. Ну, давай, Миха. Ты не обижайся на меня, ладно?
— Хорошо, — говорю я и сбрасываю. — Хватит уже ныть.
Ветер поднимает тучи пыли, которые шагают вдоль дороги, как песчаные гиганты. Я едва успеваю закрыть глаза ладонью, когда попадаю в один из таких столбов. Смерч проходит сквозь меня, вытягивая воздух и взамен даря сухость пыли в лёгких. Куртка вздувается парусом и опадает.
Первые капли бьют по затылку. Сначала одна — точно в темечко, потом вторая, третья, и начинают колотить, ускоряясь, целясь за шиворот. Я бегу к остановке и прячусь под крышей вовремя — за секунду до того, как Бог начинает поливать изо всех сил.
Немного намок, но это не страшно. То, что фигачит снаружи со всей дури совсем не хорошо и мокро. Ветер рвет как сумасшедший, на дороге уже волны образовались, и еще молнии время от времени бьют вдалеке, за собой призывая гром. Люблю такую погоду, но желаю смотреть на нее из дома.
Слепя фарами, время от времени пролетают автомобили.
Я скучаю уже больше получаса, когда звонит телефон, номер не записан, и я думаю брать или не брать — не люблю сюрпризы. Ладно, все равно долго еще тут куковать — скучно.
— Да?
