Дамиан улыбнулся, чуть хмыкнув, но его глаза оставались серьёзными.
— Не просто ванну, а исцеляющую ванну. Ты же знаешь, что в спальни девочек я не смогу попасть. Но ванная мальчиков… Ну, для тебя запрет не должен работать.
Мара слегка нахмурилась.
— Ты уверен, что он работает только в одну сторону? — с усмешкой спросила она.
Дамиан ухмыльнулся, его глаза сверкнули весёлыми огоньками.
— Никогда не слышал, чтобы запрет на вход в нашу ванную действовал на девушек, — сказал он, пожав плечами. — Так что можешь быть первым испытателем.
Мара качнула головой. Боль усиливалась, и медлить не было смысла. К тому же, идея исцеления через воду звучала необычно, и ей очень хотелось посмотреть, как это работает.
— Хорошо, — вздохнула она. В конце концов, в общей комнате никого не осталось кроме них и Веспериса.
Они пробирались по пустому коридору вдоль дверей в спальни, пока, наконец, не достигли ванной комнаты мальчиков. Когда они зашли внутрь, Мара оглядела пространство. Как и у девочек ванна, если её можно было так назвать, скорее напоминала бассейн, чтобы в ней могли купаться сразу несколько человек.
Дамиан остановился у края ванны и взглянул на неё.
— Ну что ж, тебе придётся это снять… — он помедлил, указав на её раненое бедро, — чтобы я смог добраться до раны.
Мара напряглась, нахмурившись. Снять брюки перед ним? Конечно, судя по всему магический мир относился гораздо более либерально к межполовым отношениям, чем обычный. В конце концов, и юноши, и девушки жили под одной крышей, и Мара не раз видела старшекурсников, которые без зазрения совести не только обнимались или ходили за ручку, но и даже целовались. Тем не менее, демонстрировать нижнее бельё человеку противоположного пола любого возраста было неприличным в обоих мирах.
Мара чувствовала, как кровь приливает к лицу. Он всего лишь хотел помочь, но, проклятье, почему это так неловко?
— Ты… хочешь, чтобы я разделась? — она с трудом сдерживала раздражение и смущение.
Дамиан быстро понял её состояние, и хотя его первая реакция была лёгкой усмешкой, он тут же сменил тон.
— Сейчас я врач, а ты — пациент, — сказал он серьёзно. — Я отвернусь. Ты можешь прикрыться полотенцем, как только снимешь брюки. Я обещаю, что не буду смотреть.
Мара шипела сквозь зубы, стягивая сапоги, а затем штаны. Рана на бедре, хоть и не слишком глубокая, отзывалась острой болью при каждом движении. Запёкшиеся корки крови отрывались вместе с тканью. Снова пошла кровь.
— Тебе точно не нужна помощь? — спросил Дамиан, голосом полным беспокойства.
— Нет! — резко ответила она, отмахиваясь, хотя он и не мог этого видеть. — Я справлюсь сама.
За брюками последовали чулки. Штанину панталонов тоже пришлось отлеплять от раны и закатить повыше, но их она точно ни за что снимать не станет, даже если это был бы вопрос жизни и смерти. Закончив, наконец, с одеждой Мара повязала большое полотенце вокруг пояса, оставив только раненую ногу снаружи.
Она глубоко вздохнула, села на край ванны и, морщась от боли, опустила ногу в горячую воду. Тепло тут же разлилось по коже, отогревая замёрзшие и уставшие мышцы. Она принялась осторожно отмывать свернувшуюся кровь, время от времени с отвращением отгоняя подальше тёмные сгустки. Зрелище, откровенно говоря, было отвратительное, и лучше бы Дамиан этого не видел.
— Можешь поворачиваться, — сказала Мара, стараясь звучать увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.
Он развернулся и на мгновение застыл.
— И это ты назвала «царапиной»? — наконец выдавил Дамиан с возмущением. — Да как ты вообще дошла сюда? Ты потеряла, наверное, литр крови!
— Я почти не хромаю, — пробормотала она, пытаясь выкрутиться.
Дамиан сел рядом и наклонился, внимательно изучая рану и сокрушённо покачивая головой. Затем взял её под колено и подвинул ногу ближе.
Мара дёрнулась от неожиданности, и он тут же отпустил её, словно обжёгся.
— Извини, — быстро пробормотал он. Его лицо заметно покраснело, и взгляд на миг опустился к полу.
— Всё нормально, — так же быстро ответила Мара, разглядывая потолок.
Дамиан прочистил горло.
— Ладно… Тогда давай я начну. Не двигайся, хорошо?
Он протянул руку и коснулся воды в ванне. Лёгкое свечение появилось вокруг его ладони, и Мара почувствовала, как воздух вокруг них стал теплее. Вода потянулась за его руками, обернувшись вокруг, как большие перчатки. Дамиан аккуратно положил их прямо на её рану. Тепло тут же начало распространяться по её коже, и боль, которая до этого пульсировала, отступала, оставив после себя приятное, успокаивающее ощущение.
— Сначала может немного щипать, — предупредил он. — Но я обещаю, что после станет легче.
Мара вздохнула с облегчением и удивлением. Она не ожидала, что это будет настолько… приятно. Её мышцы, напряжённые от боли, медленно расслаблялись, и она осмелилась посмотреть на Дамиана. Его лицо было сосредоточенным, взгляд прикован к её ране, а руки двигались с осторожной уверенностью.
— Как это работает? — спросила она, пытаясь отвлечь себя от того, как близко он был к ней.