— Мне нужно кое-что тебе сказать.
— Да?.. — повторил он и, кажется, перестал дышать.
— Я очень хочу есть.
Дамиан тихо рассмеялся, выпуская её из объятий.
— Ещё бы, — сказал он, напоследок погладив её по волосам. Его взгляд, тёплый и немного смущённый, метался по её лицу, словно он пытался запомнить каждый её штрих. — Вряд ли в запечатанной столетиями башне была свежая еда. Пойдём, найдём что-нибудь для тебя на кухне. Только… Веспериса тоже захватим.
— Он тоже хотел тебя дождаться… — словно пытался оправдаться за друга Дамиан по пути к двери спальни с номером «восемь». — Но…
Мара уловила знакомую тревогу в его голосе, и уже знала, что это значило.
— Ему снова было плохо? — обеспокоенно спросила она.
Дамиан остановился и облокотился на косяк двери.
— Не так сильно, как в прошлый раз… Я уговорил его показаться доктору Ллойду.
— А он в курсе?
— Конечно, — кивнул Дамиан. — Он дал ему лекарств и сказал, что сейчас жизни и здоровью ничего не угрожает… Но проклятие делает его более… уязвимым что ли. В общем, доктор сказал, что это из-за нервов.
— Из-за нервов? — недоумённо переспросила она.
— Весперис не такой бесчувственный, каким хочет казаться, — Спэрроу говорил словно через силу, но считал, что она должна об этом знать. — И то, что происходит с нами… с тобой… Это выбивает его из колеи.
— Скажи ещё, что ему стало плохо из-за меня, — Мара насмешливо закатила глаза.
Но Дамиан не рассмеялся. Напротив, он молча смотрел на неё с выражением какой-то тоски и даже жалости.
— А ты уверен, что его стоит будить? — она смущённо потупилась. — Может, пусть отдыхает?
— Нет, — решительно ответил Дамиан, отталкиваясь от косяка. — Он мне этого не простит. Скорее всего он даже спит сейчас нервно, так что…
Скрип массивной деревянной двери нарушил ночную тишину, от чего Весперис моментально проснулся.
Он резко сел на постели, его лицо выражало замешательство. Он отчаянно вслушивался, пытаясь понять, что происходит.
— Она вернулась? — сразу же спросил он, его голос был немного охрипшим от сна, но наполнил комнату жадным ожиданием.
Мара не удержалась от насмешки:
—
Весперис вскочил с кровати и колебался всего мгновение. Но ему необходимо было убедится, что она на самом деле вернулась, что это не сон. Он в три шага преодолел расстояние между ними и тоже обнял её. Он ничего не говорил. Просто прижимал её к себе крепко, почти отчаянно, уткнувшись носом в её волосы.
Мара с готовностью обняла его в ответ. Как ни странно, это объятие ощущалось для неё таким же необходимым, как и для него. Мара слегка повернула голову, прижавшись щекой к его плечу, и посмотрела на Дамиана, который стоял чуть поодаль. Она не знала, чего она ожидала от него. Может, она боялась, что он обидится или разозлится. Но вместо этого его губы тронула лёгкая полуулыбка. Взгляд, направленный на них обоих, был скорее одобрительным, даже умиротворённым.
— Очень трогательно, — произнёс он наконец с беззлобной ухмылкой.
— Заткнись, — бросил Весперис, не отпуская Мары.
— Как ты себя чувствуешь? — осторожно спросила она.
Весперис отстранился ровно настолько, чтобы повернуть голову в её сторону, но при этом не разрывал объятие.
— Явно лучше, чем ты, — в его голосе звучала смесь иронии и какого-то тёплого, горьковатого смирения. Затем он добавил с тревогой. — Ты пахнешь просто ужасно. Там с тобой случилось что-то плохое, да?
Мара помрачнела. Ей хотелось забыть обо всём, что было с того момента, как она покинула академию, и до тех пор, как вернулась.
— Мы как раз собирались сходить за едой, — ответил за неё Дамиан. — А потом она нам всё расскажет, что там произошло.
— Только… Мне нужно переодеться, — добавила Мара, поправляя на себе халат, который она взяла в ванной, и который был ей явно велик.
— Пижамная вечеринка? — бодро предложил Спэрроу.
— Я быстро! — пообещала Мара и бросилась к себе в спальню.
Взяв на кухне корзинку с хлебом, мясную и сырную нарезку, и несколько пышных сладких булочек, пижамное трио вернулось в общую комнату. Разложив добычу на большом журнальном столе, они устроились на диване.
Немного утолив голод, Мара начала свой рассказ. Она рассказала про сад, утопавший в густой зелени, про то, как обнаружила статую волка, про напавшие на неё тени и про загадку, которую ей удалось разгадать.
— Кажется, этот твой Аэллард был тем ещё психом, — заметил Весперис, склонив голову набок. — Он хотел найти достойного последователя, или убить всех недостойных?
Дамиан лишь сжал кулаки.
— Между психом и гением очень тонка грань, — сказал он, засовывая ломтик хлеба себе в рот.
Ещё минуту молчания прервал он же, наклонившись вперёд:
— Ты хотя бы захватила из башни эфирные пирамидки?
С этого момента тон Мары изменился изменился. Она продолжила рассказ, уже с гораздо более угрюмыми интонациями. Про то, как она прошла испытание и оказалась в хранилище. Как уже взяла книгу, которая стояла на постаменте. И про то, как встретила Ардониса.