— Проверить конечно! — всплеснула руками она. Ей казалось странным, что её друг, обычно такой жадный до экспериментов, вдруг стал таким нерешительным.
Дамиан поднялся, прикусил губу и осторожно приблизился к двери женских спален так, словно это был спящий дракон. Нехотя, почти с отвращением, он протянул руку к дверной ручке. Его пальцы на долю секунды коснулись прохладного металла, но он тут же отдёрнул их, словно обжёгся.
— Что-то мне это не нравится, — пробормотал он, бросив взгляд на Мару. — А что если я и правда превращусь в жабу?
— Ну… — Мара сделала задумчивый вид и сложила руки на груди. — Тогда я куплю тебе большой уютный аквариум и буду кормить тебя самыми жирными мухами.
— Очень смешно, — проворчал он. — Прямо-таки очень вдохновляющее обещание.
Мара едва сдерживала смех, а Весперис, сидя в кресле за шахматной доской, насмешливо качал головой.
Дамиан тяжело вздохнул и с выражением абсолютного ужаса на лице, словно ему на голову вот-вот упадёт гильотина, закрыл глаза. С величайшей осторожностью он повернул ручку. Щелчок. Он толкнул дверь, и она подалась с мягким скрипом, открывая перед ним узкий коридор спален.
— Ну что? — нервно выдавил он, не открывая глаз. — Я жаба?
Его голос звучал так жалобно и так смешно, что Мара не выдержала и рассмеялась.
— Нет, Спэрроу, — сквозь смех ответила она. — Ты всё ещё очень надоедливый и очень смелый человек. Но точно не жаба.
Дамиан осторожно открыл один глаз, затем другой и оглядел себя. Действительно, никаких лягушачьих лапок или зелёной кожи. На его лице отразилось замешательство, затем лёгкое недоумение, которое быстро сменилось злостью.
— Серьёзно?! — воскликнул он, переведя взгляд на Веспериса, который нахмурил брови.
— Значит, никакого запрета не было, — потрясённо пробормотал Весперис. — Весь этот миф… Просто чтобы отпугнуть нас? Нас водили за нос всё это время?
Мара прикрыла рот рукой, наблюдая за их реакцией, и её глаза блестели от веселья.
— Это… настолько нелепо, что даже гениально, — наконец произнёс Дамиан, приходя в себя. Затем, словно преодолевая последний барьер страха, он сделал несколько шагов вперёд и заглянул в коридор спален.
— Там даже ничего особо… странного, — сказал он, берясь за ручку двери восьмого курса.
— А вдруг сейчас шарахнет? — предположил Весперис, но было видно, что ему тоже любопытно.
Дамиан обернулся через плечо на Веспериса и открыл дверь. Ничего. Никаких молний с неба.
С лёгкой победоносной ухмылкой он закрыл дверь и вернулся обратно в гостиную. Там он с деланным пафосом выпрямился, обвёл глазами своих собеседников, а потом указал на себя.
— Вы только подумайте… — заговорил он торжественно. — Прямо сейчас я был там, где ещё не ступала мужская нога!
Мара прыснула, а Весперис, похоже, был слишком занят осмыслением открывшихся перспектив.
— Представляете, сколько ещё вещей мы принимали на веру, — задумчиво произнёс он. — Если это оказалось мифом… Что ещё можно сделать, о чём мы никогда не задумывались?
— Весперис, мы обладаем знаниями, которыми не обладает ни один парень в школе! — Дамиан чуть не задохнулся от восторга.
Мара, сглотнув смешок, подняла руку, привлекая внимание обоих мальчиков.
— Так, — начала она. — Мы никому об этом не говорим. Никому. Ни слова. Пусть все и дальше думают, что у нас магическая система ограничений и всё такое. Хорошо?
Дамиан сделал жест, будто закрывает рот на замок и выбрасывает ключ. Она перевела взгляд на Веспериса, но тот лишь спокойно кивнул, как будто вопрос был излишним.
— Отлично, — Мара облегчённо вздохнула. — А теперь, если вы не против, я хочу наконец принять нормальную ванну.
Но едва она сделала шаг к двери, как Дамиан вдруг изменился в лице. Его весёлая и расслабленная манера исчезла в одно мгновение, будто кто-то выключил свет. Он перестал ухмыляться, и его тёмные глаза внимательно всмотрелись в её лицо. Это был совсем другой Дамиан — тот, что сейчас смотрел на неё, явно беспокоился.
Мара ощутила его присутствие даже прежде, чем он двинулся с места. Она почти слышала, как в воздухе трещат разряды электричества. С каждым его шагом её сердце начинало стучать быстрее.
— Ты как? — спросил он тихо, почти шёпотом, но в его голосе было столько тревоги, что на мгновение Мара замерла.
Он подошёл ближе, гораздо ближе, чем было нужно. Смотрел так серьёзно, будто важнее этого сейчас не было ничего в мире.
— Что? — переспросила она чуть сбивчиво, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Как ты себя чувствуешь? — повторил он настойчивее.
От его голоса, низкого и чуть хриплого, её словно пронзило током. Перед её глазами внезапно вспыхнули картинки из вчерашнего вечера. Образ его сосредоточенного лица, когда он накладывал целебную воду ей на рану. Его руки, осторожно касающиеся её кожи. Тёплый запах, доносящийся от его плеча.