— У меня нет такой ненависти к Освальду, как у тебя, – заговорил Саул, – Но простить ему то, что он сделал с Белой долиной, я не могу. И потом, я же сказал, что люблю драться. Разве это не будет…
От его последней интонации у меня мороз по коже пробежал. Да Саул поехавший. Надо будет его познакомить с Ансельмом… Нет, не надо. Они тогда смахнутся.
— Я согласен, – просто ответил я. А что я еще мог сказать?
Ничего и не хотел. До сих пор зрелище, как Освальд мановением руки взорвал поместье, стоит у меня перед глазами и снится по ночам.
— Тогда мы завтра приступим к тренировкам, – заключил Ранф, – Я видел как ты, Саул, используешь жидкое оружие. Джасперу и мне будет полезно с ним поработать, также, Джас сам может сделать что-то похожее. Еще он может делать всполохи огня, искры и взрывы, а также выкидывать еще ряд крайне неприятных фокусов. Я же, господа, – Ранф вдруг совершенно гадским образом ухмыльнулся, – Почти что весь состою из таких вот крайне неприятных фокусов. Нам будет чему друг у друга поучиться.
Почему мне кажется, что я попал к какой-то реинкарнации майора Пейна?
Утро было очень бодрым. Наша троица условленно поднялась весьма рано, даже пойдя на некоторые жертвы. Не могу сказать ничего ни про Саула, ни про Ранфа, но вот лично мне пришлось выбираться из теплых и мягких объятий Лиры. Наверное, это было даже посложнее, чем драться.
За час до рассвета мы уже были в Кубе. Дальше мы немного пообщались, рассказали про стили и методы борьбы, стараясь ничего не утаивать. Тут большую роль сыграл опыт и возраст: если я уложился минуты в три-четыре, а Саул минут в восемь, то о своих возможностях Ранф говорил порядка двадцати минут. После его спича мы с Саулом переглянулись, мол, мы точно нужны такому господину?
Серьезно. В любой момент Ранф мог призвать аналог полноценного латного доспеха, атаковать как вблизи, так и на дистанции примерно в несколько часов пути на лошади, мог призывать целый ворох варага для самых разных целей, владел мечами, булавами, кнутами, практически всем огнестрелом, кроме разве что винтовок с снайперской оптикой (с его коллекцией варага нужды в этом не было, легче просто послать кого-нибудь). В общем, монстр.
Потом началось основное веселье. В первую очередь Ранф предложил мне и Саулу попробовать его одолеть. Переглянувшись, мы мелочиться не стали и сразу ринулись в бой, метая из рукавов козыри. Уже через тридцать секунд меня, как котенка, швырнули в стену, а Саула заломали так, что он ещё на следующий день потирал плечо. И вот так мы начали тренировку: мы нападали, применяя все, что можно, а Ранф разбрасывал нас по сторонам, и я был крайне благодарен, что он сдерживался. Не могу сказать за Саула, но лично я видел Ранфа в бою – он как-то раз также расшвырял порядка семи-восьми солдат, но не целиком, а по кускам. Так что нам ещё повезло, что мы летали в стены, ничего не теряя по пути.
Подустав, мы позавтракали – Саул предусмотрительно взял с собой сэндвичи. После лёгкого (да, лёгкого – на здорового мужчину по кусочку хлеба с ветчиной и горчицей) завтрака мы продолжили занятия.
Теперь я дрался с Саулом, и вот тут, на мой взгляд, и крылся основной источник опыта для меня. Когда мы встали друг напротив друга, то я сразу же покрылся чешуей, как и раньше, а вот Саул удивил – из его руки потекла широкая струя словно бы жидкого металла, который образовал ровную линзу в половину роста наемника, парящую в воздухе.
— Ты раньше сталкивался с жидким оружием? – спросил меня Саул.
— Раз было, – мрачно отозвался я.
— Эта техника на целой плеяде эффектов принадлежит нам, солнечникам, но зажигалки тоже могут использовать ее, пусть их металл и более нестабильный. Смотри.
В момент линза Саула потекла, приняв другую форму – стала вытянутой и широкой, сильно поубавив в толщине. Вышел щит. Саул тряхнул рукой. Щит за секунду перетек в двухметровое копьё. Саул снова тряхнул рукой, и копьё распалось на две части, и огромные капли метнулись к его рукам, по пути принимая вид одноручных мечей-гладиусов, но после очередного встряха в ладони наемника легли не мечи, а странные двулезвийные кинжалы. Саул переместил позу, коснувшись кончиками кинжалов друг друга, и металл будто бы лопнул, потек, соединяясь между собой и превращаясь в секиру. Воинственно махнув ею, Саул снова превратил оружие в линзу.
— Эта техника крайне требовательна, – пояснил Саул, – Я должен ежесекундно контролировать положение и состояние металла, делать твёрдыми и острыми лезвия, и податливыми и гибкими рукояти. Тем не менее, эта техника постоянно удивляет врагов, и чаще всего смертельно, – усмехнулся наемник, – И тебе надо научится этому противостоять. А в идеале повторить. Ты говорил, что управляешь металлами. Есть эффекты?
— Я учился не по эффектам, я по Отпечаткам, – эти слова наконец-то вызвали у Саула удивленную мину, – И да, у меня есть речное железо и ртуть.
— Железо не годится, – сразу отмахнулся Стальной Рог, – А вот ваша ртуть… Вполне может быть. Но сначала бой.
— Давай, – усмехнулся я.
