Увидев в руках своего друга ношу, Серриса улыбнулась и выпрямилась. Одна её рука прижимала к себе замотанного в пелёнку ребёнка, а вторая помешивала еду в котелке.
— Молодец Вилли пупс, это то, что нужно.
Дождавшись, когда проклятый алебардист положит добытого кабана на камни, колдунья аккуратно протянула ему Ранница:
— Правда прелесть? Аккуратно с ним. Головку держи.
Вытащив из-за пояса серп, женщина опустилась на колени перед убитым зверем. У него недоставало одного глаза и запеклась кровь на черепе, но Виллерт хорошо постарался, внутренние органы были на месте. Хотя с его силой он мог размозжить кабана целиком.
Благодаря элексирам укрепления и исцеления, она уже полностью отошла от родов и продолжала наблюдать положительные изменения в своей ауре. Но сегодня пришла пора снова призвать на помощь некромантию и выяснить куда делся Морран и как выжил.
Ритуальное гадание на кишках трупа и прочих внутренних органах, было затратным, но действенным методом прорицания.
Серриса закончила через четверть часа. Вепрь был освежёван, а его органы разложены в случайном порядке. Колдунья вошла в транс и кровь на её руках обернулась зелёным пламенем, а мёртвая плоть под ногами зашевелилась.
В пагубном огне заклинания, кишки кабана свернулись квадратом и некромантка глядя на них выпала из реальности. Она увидела заброшенный, затопленный город, над которым никогда не всходило солнце.
Увидела идущего по колено в воде любовника и рыбоголовых тварей, что кидались на него со всех сторон. Но самое главное, она увидела руны карлов на стенах и поняла, что действия происходят где-то глубоко под землей.
Ритуал закончился и Серриса просипела ослабевшим голосом:
— Он где-то в королевствах карлов. Заброшенный город под землей. Я слышала только об одном таком. Друм называл его Свинтерхельмом.
— Ранн курандисс октандир?
Некромантка поднялась на ноги и рассмеялась:
— Что будем делать? Упаду к нему в ноги и буду просить о прощении. Он носит на поясе голову Молоха, одного из бессмертных стражей мира мёртвых. Ясно как день, что ему благоволит сама госпожа-смерть.
Некромантка протянула руки, приняла у Виллерта ребёнка и глядя в голубые глаза сказала:
— Если твой отец не убьёт нас обоих, тебе уготована непростая и интересная судьба.
Морран попал в ловушку.
Нижний ярус был затоплен, скрыт под водой и населён рыбоголовыми. Монстрами, что возносили молитвы Нуберону, одному из восьми падших. Крест в руке ярла убил их без счёта, пока убийцу не заманили в ловушку и не погрузили в сон. Сладкоголосые сирены пели ему песни круглосуточно сменяя друг друга, пока шаманы наводили заклятья постепенно вмораживая аватар говорящего за мёртвых всё глубже и глубже в ледяную клетку.
Его могли бы убить, если бы Кутуху, царь воды, не пожелал сохранить ярлу жизнь, желая оставить его в качестве живого трофея.
У царствующего на последнем этаже Свинтерхельма чудовища, стало доброй традицией заманивать спускающихся сюда ходоков в ловушку и перебив рейдовую группу, оставлять одного в живых, превращая в ледяную статую. Двенадцать таких статуй уже стояло на лестнице ведущей к трону Кутуху и Морран стал тринадцатым.
Но водяной царь просчитался в одном. Было бы слишком самонадеянным думать, что Морран побеждён. Говорящий за мёртвых имел связь с виртом куда более глубокую, чем населяющие его существа. Только попав в царство рыбоголовых, он прочитал в их аватарах возможность плена и создал условия, при которых его в него взяли.
Подобное решение было лучше бесконечной рубки с сотнями тварей, что поселились на каждой улице. Чтобы пробиться через них, Моррану пришлось бы нападать и отступать десятки раз, из-за чего риски быть убитым возрастали кратно.
Заключённый в ледяной кристалл он очнулся от наведённого сна и выждал неделю, не рискуя привлекать к себе внимание, а затем активировал штандарт бури, висящий на его плечах в виде плаща.
Волшебный артефакт, захваченный у безголового рыцаря, сработал штатно. Царство воды захлестнула буря, сильней которой рыбоголовый народ никогда не видел. Ужасный ветер, которому неоткуда было браться в изолированном подземелье, поднимал штормовые волны сделав невозможным движение по улицам. Собравшиеся у потолка тучи, обрушивали на подчинённых Кутуху град и молнии, пока шаманы сбивались с ног, вознося дары Нубирону с просьбами сменить гнев на милость, не подозревая, что дело во все не в божественной воле.
Вода стала холодной, оставшиеся от карлов паровые машины больше не грели её и молодняк водного царства попросту вымер в ледяной воде, подарив силу за свою смерть владельцу плаща.
Морран становился сильнее не с ходя с места.
Изначально это вызвало системную проверку, но штандарт бури хоть и был уникальным артефактом — не содержал виртуальных ошибок, а сама ситуация хоть и была маловероятна, но всё же являлась возможной.
