— Я Карстен. И сомневаться в твоих словах у меня нет оснований: на маньяка, который способен покрошить кучу народу сразу после месячного путешествия по морю, ты не похож. Только вот с темницей ты так за что? Дождался бы капитана, он с тобой разобрался.
— Да не зависит это от меня! — в отчаянье схватился за голову Алекс. — Оно само так получается, нельзя это контролировать, ваши столичные маги так говорят. А куда мне сейчас деваться, я понятия не имею, у меня же все вещи отобрали. И утром искать будут.
— Будут, — согласился Карстен. — Поэтому до утра посидишь у меня дома, а потом что-нибудь решим. Надеюсь, если я оставлю тебя одного, я не обнаружу по возвращении только кучу камня?
Тревогу Графиня ощутила еще на подходе к особняку, но не придала этому особого значения — по соседней улице грохотал сапогами патруль стражи. У самых дверей ощущение стало совсем невыносимым, и внутрь женщина входила уже с опаской.
Из темноты под лестницей вышли два крепких мужчины и замерли по обе стороны каменными изваяниями.
— Здесь кто-то есть? — коротко осведомилась воровка у правого телохранителя.
— Нет.
— Уверены?
— Нет. Мы не поднимаемся на второй этаж, как вы и велели, и не можем знать о том, кто там находится.
— Хорошо, — кивнула Графиня и протянула руку, в которую тут же была вложена рукоять короткого меча. — Ждите.
Второй этаж встретил ее зловещей тишиной и скрипом старых половиц. Женщина зажгла стоявшую на столе свечу и оглядела помещение, чутко прислушиваясь. В тени действительно скрывался посетитель — его выдавало едва слышное дыханье.
— Кто здесь?
— Неупокоенный дух вора, — хрипло ответила ей темнота.
— Воры от меня не скрываются.
— Я не скрываюсь. Просто подозреваю, что двух попыток сжечь меня за одну ночь будет слишком много.
— Твою мать. — Графиня аккуратно, как стеклянный, положила на стол меч и на ощупь упала в кресло. — Ты жив. Не подумай, что я в этом сомневалась, просто…
— И я несказанно этому рад, — заверил ее Тень, выходя на свет. — Правда, кое-что мне остается непонятным: например, почему ты восприняла эту чушь всерьез… ладно, не поверила, но допустила такую возможность. Одно дело — мальчишка-подросток, который еще не научился нормально анализировать. И совсем другое — бывший «сокол», являющийся к тому же главой гильдии. Мне казалось, от тебя можно ждать более хладнокровной оценки ситуации.
— Откуда ты про «сокола»-то знаешь?
— У тебя характерный повадки, — улыбнулся мужчина. — И будь иначе, ты бы вряд ли удержалась на своем месте. Я ошибаюсь?
— Нет, — она качнула головой и потерла лоб, облегченно выдохнув. — Знаешь, я безумно рада, что ты жив, и я не ошиблась, бросая в темнице того придурка.
— Отрадно слышать. Но твоя радость меркантильна, нет?
— Мне от тебя кое-что нужно. И это серьезно. — Воровка пошарила рукой на столе и, поймав пальцами пузырек с перламутрово-переливающимся зельем, кинула его Тени.
Он поймал, посмотрел флакончик на просвет и удивленно присвистнул:
— Настолько серьезно?
— Да. Мне нужны твои навыки, но только без покрова тени. При свете дня… Почти. Я правильно понимаю, что ты входишь в верхушку общества Дартвы?
— Я даже не буду спрашивать, как ты это определила, — усмехнулся вор, устраиваясь на подлокотнике кресла. — Что ты от меня хочешь?
— Только сначала ты покажешь лицо, — категорично сказала она, вытаскивая второй пузырек и отхлебывая из него. — Клянусь, Тень, что о раскрытой тобой здесь и сейчас тайне от меня не узнает ни одна живая душа. От меня ты можешь рассчитывать на ответный шаг, но только с соблюдением этой формулы.
Тень недовольно поморщился и медленно принялся возиться с косой, старательно расплетая ее по одной прядке.
— Ну?
— Ты куда-то торопишься? — флегматично осведомился он, нарочито неторопливо развязывая узел у основания.
— Ночь не бесконечна, и утром мне надо быть в другом месте. А перед этим хотелось бы все-таки поспать хоть несколько часов.
Тень обреченно вздохнул и снял ленточку.
— Охренеть. — Графиня зажмурилась, мотнула головой и несколько раз моргнула, но видение никуда не исчезло. — А вы, капитан, всегда казались мне таким порядочным человеком.
— А теперь я жду ответного шага, — криво усмехнулся мужчина и залпом выпил свою порцию зелья.
Воровка фыркнула и так же неторопливо принялась расстегивать куртку — все свои амулеты она носила под одеждой, и добраться до них, не сняв хотя бы верхней, было проблематично. Зато и те, кому не нужно, добраться не могли.
Женщина небрежно кинула на кресло украшение и с вызовом посмотрела на вора:
— Мы друг друга стоим, а?
— А вы, госпожа Нира, казались мне такой порядочной женщиной, — ехидно передразнил ее Карстен. — Знаешь, это весьма странное и неловкое ощущение… Не уверен, что прямо сейчас могу в достаточной мере воспринимать твое поручение, но я слушаю.
— Вечером брат устраивает прием в честь зимних праздников, — сдержанно сказала воровка. — Пойдешь со мной.
— Это и есть твое дело?
