Я метнулся в сторону разговаривающих, и достав рапиру, двумя точными ударами пробил обоим шеи. Они захрипели в попытке позвать на помощь, в их глазах читалось непонимание и страх смерти. Я, насладившись их болью, добил обоих. К месту убийства стали подходить патрульные, и я, не растерявшись, уже летел к ним как ветер. Первый был убит мгновенно. А со вторым вышла заминка. Он, отбив мой выпад, закричал. Это лишь на мгновение продлило его жизнь. Я тут же пробил его сердце, прямо через панцирь. Он скорчился от боли, похоже, сработали Рассветные блики. В попытках снять себя с рапиры, он причинил себе еще больше страданий. Вскоре он мешком осел на острие, загнанном ему в грудь полностью, как на шампуре. Я, злобно усмехнувшись, повернулся к эльфам, пришедшим в результате его крика. Они в ужасе смотрели на мою безумную улыбку и красные от ярости глаза. Я облизнул губы, восхитительный вкус крови эльфа был похож на людской, такой же железный и соленый, это была кровь одного из эльфов, убитых мной вначале.
— Подходите! Мне нужно больше крови! — мою жажду мести не утолить лишь несколькими каплями.
— Убить безумца!
— Его же приказано поймать живым!
— Он убил уже четверых, нам надо отомстить ему.
— Мщу здесь я, лапочка, — в моем голосе идеально слышалось безумие с примесью отчаянья.
Я напал на них, отключая мозг, поставив свое тело на авторежим убийства. Первый попытался ударить меня своим копьем, но я отразил этот удар кончиком рапиры, и он, словно гвоздь, пробил копье насквозь. Я снова увидел этот животный страх в глазах моей будущей жертвы. Послышался звон вытаскиваемого из ножен меча. Понимая, что враг сейчас прямо за мной, я использовал нанизанное копье, и с силой поднял рапиру за голову. Похоже, удалось, я услышал хруст кости, втречающейся с железом. Хотелось увидеть эту картину, но времени не было. Выдернув рапиру, я добил безоружного передо мной, пробив ему череп. Двое оставшихся напали вместе, вооружившись мечами. Я отпрыгнул назад, уворачиваясь от колотых ударов. Любой их удар может стоить мне жизни, ну и ладно, умру тут, зачем мне жить. В голове пронеслось лишь два слова, возращающие мне желание жить: Ради мести. Точно, я ведь еще не убил желтоволосого придурка. Мне еще нельзя умирать, я не закончил месть. Я использовал "Внезапный выпад" и ранил одного из них в руку. Второй, не теряя времени, уже делал вертикальный удар, он наверняка думал, что сейчас разрубит меня пополам. Я пнул ногой его в грудь, и он, не устояв, шагнул назад для сохранения устойчивости. За это время я уже достал рапиру из руки эльфа и всадил еще раз, уже в лицо. Все его надежды на союзника рухнули в миг, когда он увидел жало рапиры, летевшее к его носу. Мое лицо залила свежая кровь. Часть я моментально попробовал на вкус, у этого кровь была наполнена страхом, приятно горький, с кислинкой, ее вкус отражал его лицо перед смертью.
Остался последний. Он уже оклемался от моего пинка и готов был продолжать поединок. Я протер кулаком лоб и глаза от крови. И побежал в его сторону. Он взял меч обратным хватом и, когда я приблизился, погрузил мне его в ляжку. Я не обратил внимание на жар в ноге.
— Думаешь, мне больно? — ухмыльнувшись, я продолжил. — Сейчас ты познаешь боль.
Я воткнул рапиру в глаз эльфа. Он закричал от боли, похоже, Рассветные блики сработали второй раз. Как раз как и хотелось.
— Это только начало. Думаешь, я безумец? Нет, безумцем я буду когда дойду до вашего командира, — я взял его руку, которой он держал свой меч, воткнутый в меня, и начал крутить. — Видишь, больно не только тебе.
Я ощущал боль, но она приносила мне новые силы. Я достал рапиру, уже полностью пробившую голову врага. И засунул ее в ямку на шее, там, где начинаются ребра. Эльф начал дергаться в предсмертной агонии, но второй рукой я схватил его посильнее. Так я стоял несколько минут, обняв одной рукой труп, а другой держа рапиру, полностью погруженную в тело, обнятое мной.
Отпустив мертвое тело, я упал на землю. Ярость все еще пылала во мне, но меч из ноги достать надо. Я начал медленно вынимать его, рана жгла, и в голове от боли мигали разноцветные огоньки. Высунув меч, я подполз к огню и, взяв головешку, прижег рану со всех сторон, как смог. Чтобы не издавать звуков, я сжал зубы во время прижигания. Окончив все приготовления, я, хромая, отправился в шатер к Тедрику.
Представьте картину: откидывается ткань и вам в лицо падает свет солнца, внезапно его закрывает фигура человека. Его лицо, как и волосы с одеждой, все в крови, одну ногу он волочит по земле. В руках у него тонкая рапира. И он ухмыляется вам, словно издеваясь. Это и увидел Тедрик, самоуверенный и гордый эльф, но в тот момент он понял, что за ним пришла сама смерть. И душу его поглотил страх.
— Я пришел за тобой, — я говорил отрешенным голосом, полностью лишенным эмоций.
— Монстр, что тебе надо? — пискляво прокричал он. — Ты убил их всех?
— Это не важно. Важен лишь ты, ты, — мой голос начал дрожать от ярости.
