— Вряд ли это можно будет назвать достижением, — говорит он: — хотя даже так ты будешь весьма привлекательной девушкой. Кому-то нравятся рубенсковские формы, а тебе до этого не пять килограмм, а все двадцать пять набрать нужно.
— Лиля! А твой парень с Федосеевой флиртует!
— Пускай. — машет рукой Лиля: — я же уже сказала, что на тренировках он прежде всего тренер! Пусть все делает.
— Мне массаж нужен! — тянет руку Наташа Маркова: — мне и Алене Масловой!
— Мудро. — кивает Маслова: — а ты, Маркова, не промах, сразу меня в союзницы записала, а? Ой! Машка!
— Маслова, Маркова, а ну заткнулись все! — рычит Волокитина: — опять базар-вокзал развели! Давно за газировкой не бегали⁈
— Замечательно, что вы так хорошо ладите в команде. — вздыхает Виктор: — давайте перед сном поиграем в игру на доверие друг другу. Нам понадобится…
— Виктор Борисович! — в беседку вбежала неугомонная Лиза Нарышкина: — а Лермонтович и Тепляков из расположения сбежали! Рита их ищет! За вами послала!
— Да что с ними сделается… ну ладно. Девушки, — поворачивается он к команде: — отбой. В смысле все на сегодня, ложитесь спать и все такое. Я пойду поищу своих арахаровцев, а завтра…
— Ну уж нет. — говорит Волокитина: — если дети пропали, то мы поможем в поисках, верно, девчата?
— У вас режим. И завтра вставать рано, у нас куча дел…
— Мы пойдем с тобой. — Маша Волокитина встает и оглядывает девушек: — у всех есть фонари? Уверена, что есть, мы же в поход собирались. Возьмите фонари, наденьте что-нибудь немаркое и желательно чтобы все тело закрывало, комарья сейчас в лесу будет много. Разделимся на тройки и прочешем окрестности. Сбор через пять минут у столовой, всем взять фонари и переодеться.
— Ну вот и поспали. — зевает Алена Маслова: — а те, кто сбежали — хоть симпатичные?
— Аленка! Это же дети!
— Какие они дети… некоторые меня выше уже… и вообще, это же в этом лагере Добрая Вожатая была?
— Это все слухи!
— Я… кажется знаю, куда они пошли… — говорит Лиза. Виктор наклоняется к ней и заглядывает в глаза.
— В Старый Корпус. Говорят, там призраки водятся. А у Володи с собой граната. — признается она: — он еще в автобусе хвастался.
— Как граната? — удивляется Виктор: — игрушечная?
— Настоящая. Зеленая такая и тяжелая очень. — опускает голову Лиза: — он дал мне подержать… такая, рубчатая вся.
— Охренеть. — говорит Виктор. В то, что мальчишки могли где-то раздобыть гранату — он верил. Колокамск это не только металлургический комбинат и железная дорога, это еще и воинские части, даже секретный городок Колокамск-17, закрытый за колючей проволокой и КПП, в который некоторые жители ходили как к себе домой, потому что в заборе конечно же была дыра. Постоянные учения за городом на полигоне, выстрелы и взрывы напоминали о том, что «мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути». Так что раздобыть где-то гранату мальчишки могли. И даже взять с собой в поход. Другой вопрос что именно они будут делать в темноте Старого Корпуса если им померещится призрак? Метнут в него Ф-1? Внутри замкнутого пространства это наверняка баротравмы и это если повезет и осколки мимо пролетят…
— Так. — говорит он: — я пошел к Старому Корпусу. Маш, вы поищите в других местах, но только всегда идите с включенными фонарями и подавайте голос, чтобы вас нельзя было перепутать. Чтобы не нервировать пацанов, у страха глаза велики.
— Я с тобой! — подскакивает Лиля.
— Ещё чего не хватало.
Глава 19
— Ну чего? — шепчет Володя Лермонтович, пихая своего товарища локтем в бок: — пошли?
— Погоди, Вовка. А это кто такой, с Женькой? Женя, кто это с тобой? Нас потом не заложит вожатым и Поповичу? — говорит Никита и в сумерках не видно его лица, но Володя понимает, что его друг — хмурится. Щелкает кнопка и включается фонарик, все вокруг жмурятся.
— Ты чего? С ума сошел? Нас увидят! — заполошно вскидывается Женька и отбирает у Никиты фонарик, тут же выключает его: — не включаем фонарики! Идем в темноте, если будете с фонарями идти то издалека нас видно будет! А это — Дюша. Дюша, это Вован и Никитос.
— Че еше за Дюша?
— Ну Дюша. Короче наш человек, не ссыте. Он про Старый Корпус все знает. И вообще про «Орленок», он сюда с первого класса катается, срок мотает каждое лето. Скажи Дюша.
— Привет. — Дюша шагает вперед: — меня Андрей зовут. У меня мамка поваром работала тут, так что первые пять лет сюда катался каждый сезон. Потом она на вахту стала ездить, но в «Орленке» у нее квота осталась. Я тут все знаю.
— Привет. — Володя находит в потемках руку Дюши и жмет ее: — меня Вовкой звать, а это Никитос. Твой друг говорит, что в Старом Корпусе призраки водятся.
— Неправда. — говорит Дюша: — нет там никаких призраков, что он выдумывает.
— А я что говорил! — торжествует Володя: — нету никого.
— Можно и по палатам пойти, пока не хватились. — говорит Никита: — а то от Ритки попадет.
— Че, зассали?
— А чего ссать, если там нету никого?
