– Что это у вас тут? – поинтересовался Линдсей.
– Этого молодого человека нашли на дороге. Не исключено, что он свалился с лошади. Однако мы думаем, что до этого он ехал вечером в карете с кучером.
Шон вернулся.
– Дентон Брикман из Лондона. Сегодня утром о его исчезновении сообщили слуги.
Лэнг заговорил с телом:
– Здравствуйте, Дентон. Мы попытаемся разгадать, что с вами произошло. Не стесняйтесь, помогайте как можете.
– Джексон, что еще? – спросил Линдсей.
– Он мог выпасть из кареты и сломать шею. А потом его переехала другая карета. Возможно, мы увидим отметины от колес на коже.
– Значит, он был уже мертв некоторое время.
Линдсей взял лупу Лэнга и всмотрелся в отметины от колес на теле Дентона.
– Йен, почему вы так говорите?
– Будь он жив, пошла бы кровь. Итак, к тому времени, как его переехала карета, он был мертв.
– Пожалуй, вы правы.
– По правде говоря, он мог быть мертв довольно давно, потому что кровь застаивалась и сливалась в нижнюю часть тела – так происходит после смерти. В высшей степени интересно.
Линдсей осмотрел шею Дентона:
– Шея, несомненно, сломана.
– Взгляните сюда.
Лэнг показал другие отметины на шее.
– Что это? Отметины от кирки?
– От ворон. На нем сидело множество ворон.
– Да. А другие отметины? Что вы о них думаете? Они по всей шее.
Доктор Линдсей осмотрел отметины. Слева была темная дыра – там где пировали птицы. Вокруг горла – множество царапин. Лэнг заметил, что они располагались вокруг всей шеи.
– Джексон, они нанесены руками. Кто-то толкал его.
– Действительно. Сколько сил нужно приложить, чтобы сломать шею?
Линдсей вздохнул:
– Как вам известно, большинство времени я вынужден проводить с живыми людьми. Я не могу позволить себе роскошь испытывать эластичность шей покойников; к сожалению, мы можем только догадываться.
Лэнг повернулся к Пиви и Уилкоксу:
– Джентльмены, что вы думаете о потенциальных подозреваемых?
– Бродяга или вор, – сказал Пиви.
– Его кучер, провожатый или кто-то из поместья, – произнес Уилкокс.
– Кто-то с бала или ревнивый воздыхатель.
– Прекрасные версии. Пожалуйста, запомните их, – сказал Лэнг.
Линдсей поднял голову.
– Думаю, его шея была сломана после смерти. Возможно, кто-то положил его на дорогу и переехал каретой.
– Но какова истинная причина смерти? Отверстий от пуль нет? – спросил Пиви.
– Ни одной.
– Есть раны от ножа или чего-то другого? – спросил Уилкокс.
– Ни одной.
– У меня вопрос по нижней части туловища, – проговорил Лэнг, спуская простыню, закрывавшую тело до половины. – Взгляните. Йен, мне важно ваше мнение, я не врач.
Взгляд Линдсея двинулся вниз по телу.
– Ага! – проговорил он и перевернул лампу. – Черт возьми!
Он нагнулся за лампой, явно не желая отворачиваться от загадки.
Доктор осмотрел пенис молодого человека с помощью лупы.
– Никогда не видел, чтобы пенис был так переполнен кровью. Он краснее обычного, будто кровь застыла там, а не вытекла.
– Да.
– Его цвет характерен для сердечнососудистого приступа. Однако он молод. Впервые сталкиваюсь с таким явлением.
– Я тоже, – сказал Лэнг.
– Вы заметили что-нибудь еще? Взгляните на его лицо. Труп улыбается.
– Да, я тоже, это заметил.
Утро выдалось свежее, хотелось быть чистой, словно воздух холмов. Я попросила Мириам приготовить мне ванну, и служанка прекрасно справилась со своей задачей.
Я приняла ванну и вымыла голову. Испарина и грязь от долгой поездки в коляске исчезли. На мне больше не было следов от попытки Фредерика поваляться со мной на лугу. А мои руки очистились после того, как я сломала шею Дентона.
Вернувшись в комнату, я нанесла благоухающий тальк, помаду и румяна.
Я надела ярко-синее платье с тонким пурпурным узором и тонкими оборками по линии выреза. На шею – сапфировый медальон, такие же серьги и посмотрела в зеркало. Отражение придало мне уверенности, когда я отправилась вниз, чтобы позавтракать с другими постояльцами.
Однако у стола сидела только Мириам, глядя в чашку уже остывшего чая.
– Доброе утро, Мириам.
– Доброе утро, Николетта. Надеюсь, вы хорошо спали.
– Да, ванна была прекрасной.
Она едва взглянула на меня и не проронила больше ни слова.
– Мириам, у вас все в порядке?
Мириам была очень красивой, с золотистыми каштановыми волосами и темно-синими глазами. Когда я приехала, Мириам показалась мне сердечной и милой, на губах ее играла заразительная улыбка. Но сейчас ее словно подменили.
– К сожалению, сегодня невеселый день…
– Что вы хотите этим сказать?
– Один из самых уважаемых и любимых жителей города пропал, его ищет отряд.
– Кто же это?
– Фредерик Бодем.
«Слишком быстро, – подумала я. – Обычно их ищут несколько дней, а то и недель». Я промолчала.