Величкина взмахнула крыльями и полетела – вперед-вперед-вперед. Дала слово больше не оглядываться. Внизу – универмаг «Москва», ну, и тьфу на него. Патио-пицца – и на нее тоже. Какие-то банки, магазины, аптеки, люди, – нет до них никакого дела.
А вот казино «Фараон» и паб «Львиное сердце». Господи, здесь же раньше был бар «Гавана»! А теперь два бутафорских сфинкса стерегут постамент с маленьким вертолетом, поставленным на кон. Стены разрисованы иероглифами. А под ними вывеска «Львиное Сердце» – угловатые буквы с такими завитушками, будто их модерн есть инкарнация готического стиля. Стало быть, паб назвали не в честь любимого льва Тутанхамона, а в честь английского короля из династии Плантагенетов. Катя припомнила, что Ричард Львиное Сердце участвовал в крестовых походах против султана Египта Салах-ад-дина. Что ж, чем не повод разместить под одной крышей древнеегипетские иероглифы и готические вензеля?
Катя сообразила, что чересчур увлеклась Ленинским проспектом, тогда как к Ватутинкам ведет Калужское шоссе. Она приняла влево и через две минуты летела над маленьким озером в лесопарке. Москвичи наслаждались последними, теплыми денечками. По блестящей от солнца воде скользили лодочки и катамараны. Вверх тянулся белый дым от небольшого костра у самого берега. Усатый парень жарил шашлык, а его приятель бренчал на гитаре и лающим голосом выкрикивал: «Не прощай! Будет время, и свидимся после!..» Девица в мокрых джинсах закапывала бутылки с пивом в песок на мелководье.
Вдруг послышался крик:
– Ленька! Ленька-а-а!!!
Кричал подросток лет четырнадцати. Он стоял на пригорке среди пожелтевших березок и пытался привлечь внимание юноши, катавшегося на лодочке с девушкой. Тот, бросив весла, держал подружку за руки, она улыбалась, склонив голову набок.
Парнишка среди березок было отчаялся. Но затем сложил руки рупором и закричал:
– Сан оф э битч!!!
Парочка в лодочке встрепенулась, четыре руки взметнулись с приветствиями вверх, юноша взялся за весла, лодочка повернула к берегу, подросток побежал с пригорка к причалу.
– Не прощай, даже если не свидимся после! – доносилось от костра.
А Величкина пролетела над МКАД, над строительным рынком, слева остался гипермаркет «Ашан», внизу извивалось Калужское шоссе.
– Ого! – воскликнула она, когда впереди выросло многоэтажное ультрасовременное здание, и добавила. – Ни хрена себе!
Последний возглас относился к указателю у поворота к бизнесцентру, на табличке красовалась надпись «Совхоз Коммунарка».
Величкина подумала, что не так уж плохи дела в датском королевстве, если совхозы строят дворцы, которым позавидовал бы «Газпром».
Оказавшись над Ватутинками, Катя разыскала нужный домик. Андрюшку узнала несразу. Заметила его на картофельном поле. Выставив в небо зад в пыльных тренниках, он раскладывал картофель на растянутом по земле брезенте. Молодая женщина в резиновых перчатках разминала поясницу. Прижавшись к ограде, стоял серый «москвич» – «Алеко». Кряжистый мужичок с папироской во рту укладывал в багажник мешки с просушенным картофелем.
Величкина спустилась пониже, но так, чтобы с земли ее не могли разглядеть: им пришлось бы смотреть против солнца. Оказавшись над бывшим мужем, она сбросила подарок. Зеленый футляр полетел вниз, бумажные сердечки отслоились и закружились в медленном танце. Величкина закусила губу, испугавшись, что Андрюшка как-нибудь повернется и получит коробкой по голове. Но все обошлось. Ее подарок упал рядом. Клубы пыли взметнулись вверх, как от взрыва.
– Ой, что это?! – вскрикнула женщина.
Она задрала голову, солнце ударило в глаза, и она, зажмурившись, отвернулась, так ничего и не разглядев. И Андрюшка закинул было голову, но тоже не выдержал солнечного натиска. Бумажные сердечки прилепились к его щекам.
– Что это? – воскликнул он и потянулся к футляру.
– Не трогай ты! Может, бомба! – взвизгнула женщина.
Но Андрюшка уже извлек спиннинг.
– Ну, что там у вас такое?! Что у вас все хиханьки какие-то?! Зимой жрать нечего будет! – проворчал мужичок с папироской.
– Да, ладно, па! Завел шарманку свою! – огрызнулась женщина.
Андрюшка взял спиннинг и отправился через поле под уклон, туда, где под ивами журчала Десна.
– Куда пошел-то? – выкрикнул мужичок.
Андрюшка не ответил.
В октябре щуки уйдут на глубину, в омуты, придется ловить «в отвес». А сентябрь – самое время для спиннинга.
Величкина, много раз рисовавшая в воображении эту сцену, теперь не испытывала ничего, кроме досады за то, что потратила время на крюк до Ватутинок.