И, в принципе, запас свободного железа имелся для таких нужд. Каждый 3,5-дюймовый снаряд расходовал около пяти килограмм металла. Не считая обрезков. В России было развернуто девять армейских корпусов, а при них восемнадцать полевых артиллерийских полков по тридцать два орудия. То есть, всего 576 «ствола». Даже если их всех поставить нарезными 3,5-дюймовками и запасти для них по пятьсот выстрелов получается не так уж и много. Где-то полторы тысячи тонн.
С запасом в пятьсот выстрелов на орудие уже можно воевать. В этих реалиях расход боеприпасов шел не такой большой. Во всяком случае по опыту предыдущих войн. Имея же по полторы тысячи выстрелов на «ствол» — уже выбирался ресурс пушек. А это меньше пяти тысяч тонн пудлингового железа. Да, часть уйдет в обрезки, окалину и стружки с некоторым коэффициентом переделки. Но… но… но…
Тем более, что железные снаряды можно было делать с более тонкими стенками. Что вело к уменьшению расхода металла и увеличения навески пороха. Более того — можно было даже дальше пойти и штамповать их сразу со дном. Почему нет? Это опять-таки снизило бы объем механической обработки…
— Колеблешься? — усмехнулась Миледи.
— Жалко железо на это все пускать.
— На будущий год завершим задуманные заводы. И новые заложим. Мы железа получаем быстрее, чем успеваем куда-то пристроить. Уже сейчас десятая часть идет на склады.
— То сейчас.
— А потом будет еще. Благо, что рабочие из Италии, Франции и Испании потекли полноводным ручьем. С начала года подключив флот Нидерландов мы успели перевезти от пиратов в Ригу и Петроград семнадцать тысяч человек. Если все так пойдет дальше…
— Если. — перебил ее Алексей. — Но ты права. Сейчас нам не время жадничать. Главное — подготовиться к войне.
— Так чего ты колеблешься?
Царевич встал.
Прошелся по кабинету.
Постоял у окна. Он пока еще сидел в крыле нового Воробьева дворца и особыми видами похвастаться не мог даже с открытыми окнами. Лифт таки сделали, но пока обкатывали. Проверяли надежность работы. А по лестницам бегать наверх не хотелось…
— У меня была стратегия развития вооруженных сил. Сделать большие запасы снарядов из чугуна выгоднее. Сильно выгоднее.
— А зачем они большие? За предыдущие кампании редкая пушка выстрелила больше двухсот раз. Разве что осадные.
— Ситуация меняется.
— Я специально уточнила. Генеральный штат считает, что запасов в полторы тысячи снарядов на пушку должно хватить на ожидаемую войну. С большим запасом. Куда больше то? Вооружение так быстро развивается, что мы можем оказаться заложниками этих запасов.
Алексей окинул ее взглядом.
Хмыкнул.
Немного побарабанил пальцами по стеклу. Она же продолжила:
— Лев Кириллович считает, что сможет быстро нарезать имеющиеся в войсках железные 3,5-дюймовки. И пользы от них будет намного больше, чем от бронзовых 4,5-дюймовок. Из-за ударных гранат. Даже с учетом осечек они все равно обладают крайне высокой эффективностью. И при скорострельности два выстрела в минуту в состоянии не позволять ни артиллерии противника разворачиваться, ни пехоте подходить на огневые рубежи.
— А имеющиеся 4,5-дюймовки куда денем?
— Найдем. Бронза не пропадет.
— А 6-дюймовые гаубицы что, тоже не делать?
— Почему? Делать. Только ввести в корпуса их дополнительно, а не вместо 6-фунтовок. И для них, кстати, он также предлагает делать железные снаряды.
Царевич вернулся за стол.
Еще раз поглядел на депешу от двоюродного деда. Посмотрел на Миледи.
— А почему обо всем об этом ты так информирована? Справки наводила. Тебе зачем?
— Отец твой просил.
— Чего? — не понял Алексей.
— Плох Лев Кириллович. Плох. И он просит поберечь его здоровье. И позволить порадоваться старику. Сделал он предложение. Отец говорит — прям горит. Полон волнений и предвкушает удачу. Дело то не дурное. Может не самое дешево, но хуже не будет. Не порти ему старость.
— И что, теперь вы станете мне постоянно вот такое устраивать?
— Отец твой говорит, что Льву Кирилловичу недолго осталось.
— Ладно… — нехотя кивнул Алексей. — В конце концов мы действительно можем себе это позволить.
С этими словами он отложил его депешу в сторону. Написал от руки записку двоюродному деду и протянул ее Миледи.
— Зарегистрируешь сама.
— Разумеется.
— Что дальше?
— Дальше тут по бумагам мелочевка.
— Ты же говорила много новостей. Не пара. И все хорошие. Я признаться пока увидел только две. И обе противоречивые.
— Кирилл доделал колесный трактор.
— Он управляется нормально? Поворачивает?
— Вполне. И он зовет тебя. Хочет показать.
Алексей несколько секунд помедлил, собираясь с мыслями. После чего встал. Быстро собрал документы и убрал их в несгораемый шкаф, закрыв последний на ключ. Ну и последовал за бывшей кормилицей.
Его желание получить гусеничный трактор перебивало тогда все.
Вообще все.
Даже здравый смысл.
