Мерзкие твари, которые, казалось, за сотни лет своего мерзкого существования, научились настолько искусно прятаться в глубинах своей планеты, что лишь выманивая их на поверхность, удавалось реализовывать наше преимущество в орбитальной группировке. Но это, конечно, не значит, что вихооры не имели своего флота, который даже сейчас огрызался, пытаясь перегруппироваться на высоких орбитах планеты и возможно, просто ждал очередного подкрепления.
Вот только не всем наземным подразделениям удалось достичь точек эвакуации, и как я понимал, их уже списали в неизбежные потери. И это при том, что транспорты так и стояли, дожидаясь пытающихся спастись солдат.
— Их ещё можно спасти, я видел снимки с орбиты, моё подразделение справится! — рычал я, не глядя на недовольные лица на галоэкранах, которые взирали сейчас на меня.
Не мог я просто смотреть, как моего близкого друга, с которым мы несколько десятилетий бок обок, решили вот так бросить на растерзание этим тварям. Мой товарищ Кощей никогда бы так не поступил, пусть и пришлось бы рвать вихооров голыми руками.
— Ты понимаешь, что их уже не спасти! Ты же лучше других знаешь, что во время десантирования потери от систем противовоздушной обороны никогда не бывают ниже пяти процентов. Что в этом подразделении такого, что мы должны просто потерять ещё одно, объясни мне, Старец⁈ — уже практически крича, спросил меня штабс-майор.
— А я сказал, отправляй! — буквально рыча, требовал я.
— Им уже не помочь. Подразделение зажали и уже через пару часов задавят окончательно! — явно понимая мою ярость, попытался вразумить меня штабс-майор. — Им некому помочь, эвакуация прошла штатно, они попросту не успели и оказались отрезаны. Удары по поверхности будут нанесены через двадцать минут, челноки за это время развернуть не получится, ты понимаешь это, Старец! Кощей сам виноват, выдвинулся слишком глубоко и к тому же вовремя не вышел на связь и не запросил поддержку с орбиты! Если ты отправишься со своим подразделением, вас всё равно задавят числом, и орбитальные удары вам не помогут, ты же сам знаешь. С ними всегда либо слишком близко, и от своих солдат даже костей собрать не получится, либо слишком далеко, и подразделение Кощея всё равно сомнут числом!
— Раз тебе так жалко именно моих солдат, то я десантируюсь сам, и пусть это будет стоить всех моих боевых заслуг, но ты меня не остановишь! — зло прорычал я в лицо штабс-майору и уже отвернувшись, отдал приказ по своей внутренней связи. — Подготовить моего Титана к десантированию, немедленно!
— И что толку? Ты же просадишь щиты на половину, только проходя плотные слои атмосферы, и Титан будет в значительной степени ослаблен. В чём смысл? Ты ничего не изменишь, лишь сам погибнешь за зря! — пытался переубедить меня штабс-майор, по большей части нормальный офицер, только вот слишком он держался за своё место и рисковать никогда не хотел.
— У меня что, недостаточно очков боевых заслуг, чтобы принять такое решение, а⁈ — даже не поворачиваясь, спросил я у штабс-майора, который выбежав из кабинета, последовал за мной и таки всё равно хотел переубедить.
— Конечно, достаточно, но это же глупо, Старец, в этом нет смысла! — уже поравнявшись со мной, произнёс штабс-майор. — Ты же это лучше всех знаешь!
— Вот и посмотрим, лучше я знаю или нет! — зло прошипел я в лицо штасб-майору и закрыл переборку лифта, выбирая на панели уровень десантных доков, и конец моей гневной отповеди пришёлся уже в пустоту. — Или вам просто плевать, сидя в безопасности на орбите на рядовых солдат, которые гибнут на поверхности планет!
Всего три минуты, и я уже покинул ангар боевого крейсера, на практически пустом челноке. Где кроме пары пилотов и меня в тяжёлом боевом роботе никого не было.
Пилоты были проинструктированы мной лично, так что челнок двигался сразу же на пределе своих возможностей, активировав форсаж, стоило только покинуть доки. В то время как космос вокруг, казалось, застыл в безмолвии перед чередой мощных орбитальных ударов с порядка двадцати наших крейсеров, которые плавно заходили на свои позиции, готовясь обрушить ад на порядки вихооров.
Ещё пять минут, и я услышал долгожданную команду.
— Точка достигнута, сброс! — отчитались пилоты, и я с высоты семидесяти километров целенаправленно летел к позиции подразделения Кощея. Костя был предупреждён и готовил бойцов к появлению в рядах противника возможного окна для эвакуации. Да и точки, куда будут нанесены орбитальные удары, мы тоже знали. Хотя шансов их пережить было, конечно, мало. Ведь после нанесения орбитальных ударов выжившие боевые подразделения вихооров, по сути, сойдут с ума и попытаются уничтожить всех, до кого только смогут дотянуться. Именно поэтому мы каждый раз и эвакуируем солдат с поверхности. Ведь как только потери среди этих тварей достигают определённого порога, они теряют всякий разум и перестают действовать адекватно, атакуя, не считаясь с потерями. И вроде бы это должно наоборот упрощать задачу нашим солдатам, но вся проблема заключалась именно в самих тварях вихооров, которые в такие моменты становились, казалось, сильнее в несколько раз. Да и внутренние энергетические щиты, орудия и биологические реакторы они перегружали до такой степени, что эти существа и их псевдоживая техника в любом случае сами разрушались уже через несколько дней, истрачивая ресурс, заложенный в них на многие годы. И это не просто форсаж или нечто подобное, когда реактор в твоём танке работает в экстремальном режиме, это намного более существенное усиление, когда живой организм сжигает себя изнутри.
Уже падая с орбиты и корректируя баллистический курс, я вышел на связь с Кощеем.
— Полный пакет разведданных на меня, сейчас же, Кощей! — отправил я сообщение по внутренней связи, которая благо ещё работала.
Ведь после нанесения орбитальных ударов тяжёлыми лазерными орудиями помехи будут так сильны, что связь сохранится, хорошо если на пару километров. Это, конечно, будет длиться недолго, но даже полчаса без связи могут быть очень критичны.
— Внимание! Нагрузка на внешние энергетические щиты увеличилась! Оставшийся объём в накопителях равен 93%. — сообщила мне система контроля моего Титана, когда я вошёл в плотные слои атмосферы планеты на огромной скорости.
И это я ещё не потратил энергию на компенсацию высокой скорости во время приземления. Хорошо ещё, что Титаны были специально для подобного десантирования и спроектированы. Так что это не просто мой порыв и желание убиться как можно быстрее, а вполне продуманный план. Пусть и рискованный самую малость.
— Старец отправил тебе координаты противника, — пришло мне сообщение от Кощея, — в точке 1197,3–8746,3 концентрируется ударный кулак из тяжёлых жуков вихооров, которые собираются выдавить нас из этого псевдокарьера. Сдерживаем их огнём на подавление, но энергии у наших скатов хватит от силы ещё на полчаса, реакторы уже сейчас и так выведены в экстремальный режим перегрева, с остальных направлений твари просто пытаются поддавливать нас, но активно под наш огонь не лезут, да и там концентрация крупных существ тоже довольно высокая, так что вырваться не удастся. Зря ты прыгнул, Старец, только и того, что вместе погибнем от когтей этих вихооров.
— Координаты принял. Ваш пеленг получил. — ответил я, в большей степени сконцентрировав всё своё внимание на полученных координатах и не реагируя на упаднический настрой Кощея. — По моему сигналу, приготовиться к прорыву по указанному мной направлению, боезапас не экономить. Вихооры должны быть уверенны, что вы идёте на окончательный и бесповоротный прорыв.
— Принял, Старец. — подтвердил получение приказа Кощей, казалось, не веря в шанс успеха совершенно, что, впрочем, не значило, что он не приложит все силы для выполнения моих приказов и не попытается спасти своих бойцов.
Ещё через какие-то мгновения я провёл расчёт и выдал новый приказ.
— Кощей, начать движение на прорыв! За императора! — отдал я приказ, уже находясь на подлёте к своей точке приземления.
— За императора! За человечество! — ответил по внутренней связи Кощей, и отметки его подразделения двинулись вперёд.
Причём силы вихооров тоже начали перестроение, получив необходимые приказы от своего главного вычислительного, или даже лучше, сказать мозгового центра, который и принимал решения на основе получаемых разведданных.
— Внимание! Нагрузка на внешние энергетические щиты увеличилась! Оставшийся объём в накопителях равен 71%. — сообщила мне система контроля моего Титана, когда я пролетал зону противовоздушной обороны и часть зарядов плазмы расплескалась по моему энергетическому щиту.
Ведь именно по этой причине с помощью атмосферных штурмовиков и нельзя было помочь застрявшему подразделению. Потому что вихооры ещё сохранили большое количество средств не только противокосмической обороны, но и весомую часть противовоздушных средств обороны, вследствие чего орбитальные удары были не массированными, а скорее точечными, чтобы огнём с поверхности планеты враг не смог перегрузить энергетические щиты наших крейсеров и уничтожить их. И по этой же причине атмосферные челноки и перехватчики использовать мы не могли, чтобы поддерживать наши наземные силы, впрочем, как и противник, ведь орбитальная группировка сжигала их очень эффективно, потому что это не укреплённый бункер с отдельным реактором, который поддерживает энергетический щит, а, по сути, мелкая скорлупка. Да и всё, что пыталось летать прямо над поверхностью планеты, вполне эффективно могли сжигать даже наши лёгкие танки Скаты. И это, наверное, всё потому, что работающий двигатель, который приводил в движение атмосферные челноки, сильно перегружал энергетическую защиту, вследствие чего сферической она в принципе быть не могла, в отличие от наземной техники. В общем, были объективные причины тому, что бои в основном велись либо на поверхности, либо на орбите.
Все эти мысли пролетели в мой голове за доли мгновения до того, как я коснулся поверхности планеты, или вернее сказать, коснулся мой Титан.
Иллюстрация. Вот так и выглядят настоящие Боги войны.