— Но они… ты с ними проводишь больше времени, чем со мной, — выпалил он, снова уткнувшись в меня.
— Ах ты, лисья порода, — с облегчением рассмеялся я, наконец сообразив, что это банальная детская ревность за внимание родителя. — А кто сегодня несколько часов кряду рассказывал об «Иргоне»? Лерка, бросай дуться, у нас проблема на проблеме назревает, а ты мне концерты по заявкам устраивать решил. Прекращай.
— Какие проблемы? — отстранился он.
— Такие, — нежно улыбнувшись, стер ему со щек пару слезинок. Растет, хитрец, раньше и слезинку выдавить не умел, после лаборатории плакать сложно. — Рептиры. Эрситы. И новые лица на корабле. Я их впопыхах собрал, и кто знает, не притащил ли я очередной геморрой на корабль. Хватило той партии рабов — до сих пор икается.
— Присмотреть за ними? — моментально подобрался парень.
— Естественно, — чмокнув его в лоб, устало вздохнул, — кому еще я могу доверить такое важное дело?
— Смеешься? — насупился Лер.
— Делать мне больше нечего. Я серьезно, — и ведь не вру. — Иди развлекайся, кудряшка, а мне стоит с ними пообщаться. Лер, только давай, вы не будете их донимать, когда они выберутся из своей норы. Лады? Все же если бы не они, то я бы уже загнулся. Поверь, энергетическое перенасыщение — очень болезненная штука. Повтора мне бы не хотелось. Сдохнуть легче, чем по новой.
— Пф, — пожал плечами парень, — кусаться не буду.
— И… — помог я продолжить.
— И Халка не натравлю, — махнул он рукой, запрыгивая на проплывающую мимо платформу. Астор, как всегда, партизанит.
«Астор, оба там?» — кивнул я в сторону двери каюты.
«Оба. Предупреждены. Ожидают.»
«Мальчики-одуванчики», — чуть не заржал я в голос. Серн и Мидха, сложив руки на коленях и потупившись в пол, расположились на краешке кровати.
— Меня ждете?
— Господин, — встал, поклонившись, рыжик.
— Э, стоп, машина. Никаких господ и хозяев. Называйте меня по имени — Эльтан. Готовы для продолжения банкета?
— Чего? — вскинул глаза нарх, подтверждая своим хитрющим взглядом, что весь спектакль показной.
— Стресс снимать, говорю, готовы? — парни слаженно кивнули, Мидха предвкущающе улыбнулся. — Раздеваемся и вперед. Все разговоры после.
Запахи мандарина и мяты усилились.
— Надеюсь, ни у кого негативных впечатлений предыдущая ночь не оставила? — притормозил я у кровати.
— Мне понравилось, — смело выдал рыжик.
— Повторить бы, — юркнул ко мне под руку нарх, как только я лег на кровать. — От тебя приятно пахнет.
— Да? — удивился я, мне казалось, запахи различаю только я. — И чем я пахну?
— Морем, — соблазнительно лизнув мочку уха, шепнул Мидха.
Человек, стараясь неявно показывать это, попытался распознать запах, но, судя по разочарованному лицу, не унюхал.
— А ты пахнешь мятой, — чмокнул я кошака в нос. — Серн — мандаринами. Фрукты такие, кисло-сладкие. Их на праздники килограммами едят.
— Принесешь попробовать? — быстро среагировал Мидха.
— Если когда-нибудь увижу, обязательно куплю и дам попробовать. А пока вернемся к нашим делам скорбным. Энергия опять потихоньку прибывает, так что без вашей помощи дело будет швах.
Соблазнительно выставленная передо мной попа, так и манит пощипать и оставить пару засосов на сочных половинках.
В голове отчего-то всплыло давнее воспоминание одного случая, когда я, начитавшись всякой особо интересной литературы, будучи в женском теле, решил поэкспериментировать. Мужик, икнув пару раз, все же решился позволить мне углубиться в его зад и, как было написано умными людьми, сделать массаж простаты. До нее я так и не дополз, чувствуя кончиком пальца, и еще долго потом возмущался, что писалась рекомендация мужчиной-врачом, который не учел разницу длины среднего пальца мужчины и женщины. В общем, несчастного подопытного я больше на своем пороге не видел. Наверное, расскажи я об этом случае Витюшке, он бы хохотал до слез.
Секс, как много в этом слове. А все сводится к банальному перепиху, если он не раскрашен легкими романтическими эмоциями. Принимаешь его, как лекарство, и это чуток раздражает.
Нарх, ласковый, лишенный стеснительности в постели, —самое то для расслабления. Человек поскромнее. Смущается, но быстро перенимает инициативу у своего соседа, и не дает мне заскучать.
Страстно, горячо и шумно… Превосходно. А главное, излишки скопившейся за день энергии безболезненно рассеиваются во вне.
Уставшие, довольные, под умиротворенное урчание Мидха недаром с котом сравнивал — уснули.
***
Небольшой полутемный зал. Я за спинами двух чернокрылых трэтеров, внимательно слушающих третьего — бескрылого.
Высокий, широкоплечий, мощный брюнет. Эдакий эльф-качок, с острыми кончиками, выглядывающими из-под волос.
— Я сказал, уходите, — требовательно произнес он, наконец, повернувшись к нам.
Сколько требуется мгновений, чтобы втрескаться по уши? Доля секунды. Не знаешь, кто он, какой он, но ты уже прикипел. Я себя считал красавчиком, но он оказался совершенным. А глаза! Глаза, черные, как космос, с отблесками звезд в них. В них тонешь без возможности выплыть.
Один из крылатых что-то сказал, возвращая меня из мира грез обратно.
