Не зная, каким образом подтвердить свои слова, решил попробовать направить на детей свои эмоции. Что вышло, то вышло. Видимая глазу волна приглушенного света беспрепятственно коснулась детей. Выражение лиц изменилось, убирая тревожные складочки на лбах. Разве ребенок способен бояться чего-либо под мамкиным крылом? Так и здесь… Мелочь моментально успокоилась и невольно вновь потянулась ко мне. Как они умудрились аккуратно оттеснить от меня всех, включая и шипящего на них Лера, ума не приложу, но буквально, через минуту, я оказался сидящим в плотном кольце из юных трэтеров.
— Старший… — многоголосый шепоток перешел сначала в тихие всхлипывания, а потом в ор и плач.
Отдавая свою энергию ревущим трэтерам, я пытался их успокоить. Выходило не очень. Слишком много страдальцев, и плачут так слажено и горько, что у самого сердце щемит. Под моими умоляющими взглядами, Лер с малолетними шарес и супруги принялись помогать. Кто поглаживанием, кто уговорами, а кое-кто и скоростным облизыванием зареванных мордашек.
Минут через десять, когда основные страсти улеглись и малышня, слабо светясь от переполняющей её энергии, начала успокаиваться и сонно хлопать глазами. Самый маленький, притулившись к своему соседу, сладко посапывал.
— Чуть не утопили дядю, — в шутку возмутился я. — Ой, гляньте, соленое озеро наплакали. Все? Успокоились? Слезки вытерли. Молодцы. Вы у нас очень-очень смелые и сильные ребята. — Поглаживая головы этих хлебнувших многое детей, я невольно улыбался. Ощущение тепла семейных уз — это нечто удивительное. Кто не понимает, что такое чувствовать единение с кем-то, тот многое потерял. Возвращаться домой, туда, где тебя любят, переживают за тебя и ждут, самое потрясающее, что может быть на свете. Орущие о прекрасном одиночестве лгут. Сами себе. И остальным. Каждый желает найти того, кому ты будешь важен и нужен. А у меня просто рай какой-то! И супруги, и названый сын, и братья, и даже пес с умным интексом в придачу! Не хочу вспоминать, сколько пришлось потерять и через что пройти, но оно того стоило. Горько только от одного: Витюшка не со мной. Пусть там, где носит его душу, мать Вселенная приглядит на ним. Эх, детки, детки… Теперь, пока этому детскому саду двадцатилетних не устрою «выпускной», я за него в ответе. Хм… хотя, думаю, я и после того, как они расправят крылья, буду переживать за каждого.
— Астор, каюта готова?
— Да, Лэрд.
— Отлично. Сейчас завершим знакомство, и вас проводят в нормальную комнату. Небось надоело у бассейна ютиться? Не волнуйтесь, никто вас разделять не собирается. Астор приготовил одну большую каюту, где вы поместитесь все разом. А пока давайте продолжим знакомство. Арвина мы теперь знаем, но сколько ему лет, так и не выяснили.
— Двенадцать, старший.
— Так ты ровесник Лера, — подмигнул я мальчишке, краем глаза отмечая насупившегося, но любопытно глянувшего на него моего черноглазика. А что? Возможно, с ними он сумеет найти общий язык. Жизнь потрепала их не меньше, детских глупостей поубавив в юных головах.
И мелочь прорвало, вразнобой посыпались имена и возраст. Мозг безрезультатно суматошно пытался вычленить отдельные выкрики и уложить все по полочкам. Еще немного, и я сбегу! Спас нас Астор, вывесив список моих сородичей, подсвечивая над каждым именем и выдавая информацию, забавно разделив их по цвету глаз, а не по колеру пушка, недавно появившегося после лечения на лысых головах.
«Трэтеры. Младшие:
А. Сероглазые:
1. Брюнеты: 12 лет Ирдес; 10 лет Далк.; 8 лет Вален.
2. Пепельноволосые: 10 лет Партан; 9 лет Витум; 7 лет Корис.
Б. Зеленоглазые:
1. Брюнет. 7 лет Артир.
2. Блондин. 6 лет Микос.
В. Голубоглазые:
1. Блондины: 12 лет Зетан; 11 лет Акотен; 9 лет Дортис.
2. Пепельноволосые: 7 лет Актель; 5 лет Барст.
Г. Желтоглазые:
1. Брюнеты. 8 лет Виатэ; 4 года Никор.»
Последний из списка сладко спал.
— Спасибо, Астор, чтобы я без тебя делал? Так, определенно, удобнее. Вот и познакомились, гаврики. Предлагаю посмотреть где вы будете жить, выбрать своё персональное место и хорошенько отдохнуть. А мы займемся остальными делами. Астор, будь другом, сопроводи детей.
Две платформы медленно вплыли в отсек.
— Транспорт прибыл, прошу приступить к посадке. Длительность поездки составит три минуты ноль три секунды. После полной загрузки платформы будет включено силовое поле, препятствующее случайному выпадению с транспорта. Попытка покинуть транспорт до прибытия его в пункт назначения невозможна, — отчеканил Астор.
Трэтеры, поколебавшись долю секунды, начали рассаживаться по платформам.
— Во время движения не рекомендуется высовывать конечности за пределы силового поля во избежание их потери, — добавил интекс, заметив особо сильно жестикулирующего трэтера.
— Старший… — замялся Арвин, но решительности взгляда не утратил, — а где твои крылья?
Озадачил так озадачил.
