До фронта Рогачев служил матросом в Краснознаменной Амурской флотилии. Он настолько сроднился с боевым кораблем, что, казалось, никогда не расстанется с ним. Но когда узнал, что его товарищи по службе едут на фронт, то пошел в штаб и добился разрешения ехать с ними.
Вначале Рогачев был назначен старшиной роты. Но не этого хотел двадцатитрехлетний парень.
— Направьте меня в разведывательную роту, — попросил он командира полка.
Командир удовлетворил просьбу Михаила Рогачева. В разведывательной роте он и нашел свое призвание. Стал офицером.
— На войне — риск благородное дело, — часто говорил он.
Но риск у него сочетался с разумным и строгим расчетом, знанием дела и точным учетом обстановки.
Однажды ночью у реки Молочная, во вражеском тылу, Рогачев обнаружил колонну танков и бронемашин. Они направлялись в сторону фронта. Послав в штаб полка боевое донесение, он устроил на дороге засаду. [86] Как только первые машины поравнялись с гвардейцами, они забросали их гранатами и бутылками с горючей смесью. Две бронемашины и танк запылали. Колонна остановилась. Когда гитлеровцы опомнились и открыли огонь, разведчики уже были далеко от дороги.
В другой раз Михаил Рогачев с пятью бойцами в тылу врага напал на вражескую роту, спешившую на помощь своему подразделению. Это было настолько неожиданно, что гитлеровцы не успели произвести ни одного выстрела. Многие были уничтожены, а 27 оставшихся в живых во главе с командиром подняли руки. Разведчики доставили их в штаб полка.
Жестокая борьба развернулась у Мелитополя. Гитлеровцы упорно цеплялись за этот небольшой украинский городок. Но к исходу 23 октября после двенадцатидневных боев, сломив сопротивление противника, наши части овладели городом и железнодорожной станцией. Москва салютовала героям. За участие в боях за освобождение Мелитополя дивизии была объявлена благодарность.
В ночь на 27 октября сопротивление противника было сломлено на всем фронте. Неприступная оборонительная линия на Молочной перестала существовать. Под мощным тараном распахнулись «железные ворота» к Крыму и Днепру.
Прорыв на реке Молочной овеял новой славой гвардейское знамя дивизии. Он еще раз показал, что нет таких оборонительных рубежей и линий, которые бы устояли под сокрушительным ударом и натиском советских воинов.
Дивизия вышла на оперативные просторы Северной Таврии.
Противник отходил к низовьям Днепра. Войска 4-го Украинского фронта преследовали противника на трех [87] направлениях: Никопольском, Херсонском и Крымском. 2-я гвардейская армия действовала на Херсонском направлении.
Целую неделю не стихали бои. Вдали сверкал в холодных осенних лучах Днепр, тонула в садах легендарная Каховка.
Первыми к Каховке приблизились гвардейцы 13-го полка под командованием гвардии майора Богданова и батальон 9-го полка. Уральцы ворвались в город. Днем 2 ноября 1943 года в небе Каховки, над красавцем Днепром поднялось алое знамя.
Беспрерывные осенние дожди размыли полевые дороги, превратили их в непролазное месиво. Машины буксовали. Темпы продвижения замедлились. Плохо обстояло дело с подвозом боеприпасов. Приходилось экономить каждый снаряд и патрон. Но гвардейцы продолжали преследование противника по восточному берегу Днепра.
С выходом к низовьям Днепра и северу Крыма наши войска завершили разгром Мелитопольской группировки врага и очистили от него Северную Таврию.
Ценой больших потерь противнику удалось удержать за собой небольшой плацдарм на левом берегу Днепра и создать предмостное укрепление.
16 декабря начались бои по ликвидации Херсонского предмостного плацдарма.
К рассвету 18 декабря, после пяти атак, первый опорный пункт противника был захвачен бойцами 9-го гвардейского стрелкового полка. Ночью 20 декабря пал главный опорный пункт противника в районе железнодорожной станции Пойма. Боясь окружения, гитлеровцы стали отступать.
Утром 21 декабря гвардейцы снова вышли к берегу Днепра. [88]
В своих планах немецко-фашистское командование придавало Крыму особое значение. Оно рассматривало его не только как богатейшую сырьевую базу, но прежде всего как трамплин для прыжка на Кавказ. Гитлеровцы неизменно называли Крым «воротами Кавказа», «ключом к Баку», «ножом, приставленным к горлу Каспия».
В Симферополе фашисты выпустили большой плакат, на котором был изображен Крымский полуостров, окаймленный сплошными линиями крепостных сооружений, батареями орудий всех калибров, танками и густым частоколом из ножевидных немецких штыков, бесчисленными полками пехоты. В центре плаката, ухмыляясь, [89] красовался солдат. Так гитлеровцы рекламировали свою оборону в Крыму.
