– Вообще, – вмешалась Саша, – я уже взрослая. Давно не боюсь спать одна.
Тут она несколько покривила душой, но надо же поддержать Поля, и потом меньше всего ей хотелось делить комнату с этой коренастой жеманницей с беспокойными глазами и лицом меркантильного поросенка.
– И никаких таких забот мне не надо!
Поль несколько раз кашлянул, переждал минутку, и подчеркнуто ровным голосом сказал ей:
– Il vaut mieux, quand m^eme, que tu profites de la compagnie f'eminine qui est plut^ot rare pour toi maintenant, et pendant que nous soyons ici, demandes tout le n'ecessaire,[53]– и вновь одарил вниманием обладательницу вздернутого носа и скуластых щек:
– Извините, Раиса Лукьяновна, что изъясняюсь на языке вам невнятном, но девочке так легче понять меня. А попросить вас о какой-нибудь услуге она, думаю, сможет по-русски.
– Пожалюст'a, – с энтузиазмом согласилась Саша, пренебрегая тем фактом, что только что отказывалась делить комнату с хозяйкой на чистейшем русском, – я буду постаралься вспоминать en russe.
– Tu pousses le bouchon un peu trop loin[54], – осадил ее на неизвестном хозяйке языке Виконт.
– Услуге? Ну, естественно... – Раиса облизала губы и послала им обоим взгляд, в котором мешались недоумение, почтительность и что-то похожее на зависть. Затем она, видимо, решила ступить на более твердую для себя почву.
– Очень, очень трудно с продуктами, – доверительно сообщила она. – Девочка, да кто же она вам, в конце концов, вы так и не сказали – племянница, малолетняя кузина? Видите, хотя папаша в свое время и пожадничал на мое воспитание, я кое-какие слова ухитрилась ухватить. Так, я говорю, ваша знакомая проголодалась, наверное, да и вы сами поели бы, а мы, как это ни стыдно, и на стол метнуть ничего не можем…
– Не страшно, – Виконт оглянулся на борющуюся уже со сном, Сашу. – Главное выспаться, а утром отправлюсь на рекомендованную Лукьяном Ивановичем ярмарку и выступлю в роли того самого мужика. Надеюсь, не только ценители кружев бродят вокруг.
– А чего, например, любезнейший?– остренький нос хозяина нацелился на Виконта.
– Этого, хотя бы. – Виконт вытащил из кармана золотистый кружок и покрутил перед исполнившимся любопытства носом.
– О! Империалы рискуете с собой по дорогам таскать?
Виконт, улыбаясь, молчал.
– Не советую, не советую так неосмотрительно поступать… И много их у вас? Раиса, что думаешь?
– Зачем по рынку, с утра? Сделаем так. Я всегда вам помогала, в том числе и материально, и сейчас помогу. Я не люблю мелочиться, вы помните. Вы дайте монету мне, а я уж достану провизию, это дело женское. Для вас я по-прежнему готова на многое… Ах, Павел Андреевич…
– Такого самопожертвования я не ожидал даже от вас, – с тихим пафосом сказал Виконт, вручая золотой.
ГЛАВА 3. ПЛЕМЯННИК АЛЕКСАНДР.
…Встать сейчас же, сию минуту, никаких секундочек! Холодно вылезать? Пусть! Ведь ждут! Саша села в мягкой перине – она всегда была категорична к себе. Не прикажешь, так и проваляешься до вечера! А еще надо пойти и разбудить Виконта – он наверняка проспит! Дрожа, она начала искать платье, удивляясь, что так гудят ноги и спина. Это при ее-то привычке ходить долго пешком! Ну, вот, что еще такое? Там, куда, как помнилось, она положила вчера свое платье, лежат черные штаны, теплая серая рубашка, куртка со стоячим воротником. А еще шапка, шарф, полушубок, сапожки, пустой заплечный мешок. Наверное, не заметила вчера, что здесь расположились вещи какого-нибудь хозяйского сына… или внука. Однако холодно стоять в рубашке, где же платье?
В дверь коротко и решительно постучали.
– Саша, проснулась, готова?
– Да-да, – постукивая зубами, отозвалась она. Не признаваться же Виконту, что проявила глупую рассеянность и просто-напросто потеряла не что-нибудь, а юбку! Продолжая лихорадочно заглядывать во все уголки, она спросила, придавая своему голосу беспечность:
– А сколько времени? Уже восемь?
– И восемь было. Часов пять назад.
– Неужели, два? – вот напасть, и тут нет! Что же делать? Украли? Или она разделась вчера в другой комнате? Посреди изумленных зрителей?
– Немногим меньше! Иди, поешь, обмен удался, едой мы обеспечены, даже дня на два. Что значит, добрая душа. На все пошла. Достану, и достала, причем, не выходя из дому. Да что это я под дверью стою битый час? – упомянутая дверь явно испытала легкий пинок концом сапога:
– А-а! С одеждой не разберешься?
– Я ее потеряла, кажется, только не смейтесь, Виконт, и не сердитесь!– воскликнула отчаявшаяся и перетряхнувшая все Саша.
– Господи, да не ищи ты прежнюю, ее больше не существует. Там на стуле. Моя выдумка!
– Как? Это – мне?
– А кому же еще стал бы я покупать все это ни свет, ни заря? Одевайся и покажись мне, племянник Александр! Должно подойти – глазомер меня пока не подводил.
Саша, не до конца еще понимая, для чего все это, стала с интересом натягивать на себя непривычный костюм. Не дожидаясь больше приглашений, Виконт распахнул дверь и критически осмотрел новоявленного мальчика.
