Вцепившись в бедра Ферона, Эдвард сменил размеренные движения на резкие и частые. Выбивая из легких Уильямса весь воздух, он не знал пощады и усталости. Ферону действительно стало не до разговоров: тяжелое дыхание сменилось на низкие протяжные стоны через закушенную губу. Прошло не менее двадцати минут тупого и однообразного траха, когда Ферон начал чувствовать, что он на грани. Видимо, по подмахивающему заду, Эдвард понял, что Ферон готов кончить. Раньше казалось, что быстрее уже некуда, но как же Уильямс ошибался. Когда они закончат, ему определенно будет больно сидеть.
- Ферон, - Эдвард замедлился. - Ты пьешь противозачаточные? Я могу продолжить и ничего не бояться?
Мэр же специально приготовил большую пачку презервативов, но отчего-то про них забыл.
- Да, продолжай, - Ферон, на деле, никаких противозачаточных не пил, но опасаться ни ему, ни мэру было абсолютно нечего.
Завалившись на бок, Эдвард утащил за собой мокрого, как церковная мышь, Ферона. Уильямс перестал стонать, так как во рту у него образовалась чуть ли не пустыня - сухо и стягивает. Мэр, оглаживая твердый, как камень живот Ферона, продолжал двигаться на средней скорости.
- Дай… Дай сюда, - Ферон протащил вторую руку Эдварда под собой и положил ее к себе на грудь. - Держи меня. Крепче.
Сжав объятия до хруста в костях, Эдвард вцепился зубами в плечо Ферона. Последнее добило его, и Уильямс, неестественно выгнувшись, кончил с протяжным стоном. Мэр, почувствовав сокращения, последовал за ним. Тихо, почти бесшумно, но зато чувствовалось на ура.
- Сейчас может быть немного больно, - предупредил он.
Ферону, казалось, было плевать, хоть режьте, он все равно ничего не почувствует. По странным хрипящим звукам, Эдвард понял, что его супругу требуется хотя бы один глоток воды. Перекинувшись через разомлевшее тело Ферона, он дотянулся до бутылки.
- Ферон, дорогой, попей немного.
Абсолютно расслабленный Уильямс лежал спиной на груди мэра. Он хотел поднять руку и принять столь нужную бутылку с водой, но сил не хватило.
- Провал…
- Давай так, - открутив пробку, мэр швырнул ее на пол, и аккуратно подставил горлышко к губам Ферона. - Не торопись только.
Ферон глотал воду так, будто бы не пил несколько дней. Литровая бутылка опустела ровно наполовину.
- Поспишь немного? - Ферон кивнул. - Хорошо.
- Ты только не уходи, - сонно прошептал Уильямс.
- Куда же я уйду? - Эдвард тихонько поводил тазом, чтобы Ферон почувствовал его член внутри себя. - Если только с тобой.
Проспав около часа, Ферон открыл глаза и увидел перед собой спокойное лицо мэра.
- Еще? - Ферон кивнул. - Хорошо. Иди ко мне.
Все было не так уж и страшно, как изначально казалось Уильямсу. Ближе к утру они вместе спустились в кухню, чтобы поесть, после вместе же приняли душ, а потом Эдвард быстро перестелил постель, скомкав грязные простыни и скинув их в угол спальни. После еды желание Ферона утихло, так как он чувствовал себя обожравшимся и неповоротливым. На общем совещании было принято единогласное решение лечь спать. Через шесть часов сна природа Уильямса вновь взбунтовалась и тут же нашла отклик со стороны готового на все Эдварда. Ферон попросил больше не допускать сцепок, хотя потом сам же умолял об этом. И вот что в таких случаях делать? Енски решил, что сейчас лучше удовлетворять сиюминутные желания, чем предостережения.
К следующему вечеру Ферон не пожелал спускаться вниз за едой, так что мэр был отправлен в одиночную разведку. Вернулся он с хорошей добычей, за что Ферон поблагодарил его в устной форме, так как опять набил пузо так, что был больше похож на синего кита, чем на человека. На третий день Ферона начало отпускать, Эдвард и сам чувствовал это, так что оставшееся время было решено списать под ленивый и затяжной секс, где больше преобладает не бешеный темп, а вдумчивые и нежные ласки. И все бы было хорошо, не ляпни мэр одну фразу и дурацкий вопрос:
- Все же не зря я взял тебя в мужья. А ведь и правда люблю, представляешь?
Ферон натянул кривую улыбочку, понимая, что та глубокая жопа, в коей он был до течки, и рядом не стояло с той, в которой он оказался сейчас. Ферон безнадежно влюбился в мэра Енски. Радовало одно - у него есть еще месяцев девять-десять, до того, как ему придется уйти. Может, еще и пройдет, обычно в жизни Уильямса так оно и было - все, через пару месяцев, ему надоедали до зубного скрежета.
- Что ты делаешь? - Ферон с удивлением глянул на мэра, восседающего на его пояснице.
- Массаж, - будничным тоном ответил Эдвард. - Ты же любишь.
Никто не делал Ферону массаж. Да он и не просил, как-то это слишком сладко для его черствой жизни, но сейчас, наверное, можно. Как все глупо-то: особняк, слуги, дети, мэр, обручальное кольцо с драгоценными камнями, гараж, счет в банке на несколько миллионов, личный водитель, секс в шикарной кровати королевского размера, деликатесы, лучшая техника, одежда и… Да тот же шампунь, что стоит в ванне, стоит несколько сотен, когда Ферон привык обходиться обычным мылом. Намылил ежик на голове, вытер полотенцем и, вот, вроде бы готов.
- Я хочу постричься.
