– Ну да. – Ольга, глядя на мужа, тоже ощутила тревогу. – Зайцев Лев Борисович.
«Креатура Призрака, – припомнил Мальцев. – То, что надо». Возникшее из ниоткуда ощущение
– Давай к нему забежим, – предложил он.
– Занятия сейчас начнутся!
– Ничего, мы быстренько. Он где сейчас?
Вместо ответа Белоснежка швырнула ему информационный пакет с планом Академии, полным списком сотрудников, их краткими характеристиками и расписанием дня. Дракон слегка поморщился. Не будучи ни ментатом, с легкостью оперирующим собственным сознанием, ни аналитиком, способным за секунды перерабатывать колоссальные объемы информации, давая фору новейшим суперкомпьютерам, он не мог сразу разобраться в полученных данных. Кстати сказать, по поводу аналитиков…
– Известные фамилии.
– Кафедра считается одной из сильнейших, – мгновенно поняла недосказанную мысль жена. – Ее выпускники высоко котируются по всему миру.
Они спустились на этаж вниз и уже подходили к аудитории, за стенами которой четко различалась аура мощного душевидца, когда Мальцев осознал – поздно. Он не успевает. Враг уже здесь.
– Беги к Зайцеву, – рявкнул он Ольге, останавливаясь у широкого окна и одновременно создавая защиту помощнее. – Немедленно!
Сейчас Дракон как никогда сожалел о своих плохих телепатических способностях. Как удобно было бы разом связаться с десятком псионов, передать им свою тревогу и в доли секунды мобилизовать, попросить помочь разобраться. Он создал сигнал «Опасность», разработанный в СБР специально в расчете на подобные случаи, но не надеялся, что услышат его многие. Слабый он ментат, слабый! Белоснежка, не говоря ни слова, побежала выполнять приказ. Военное прошлое, намертво закрепившее привычку выполнять распоряжения старшего по уровню мастерства – не по званию, а именно по уровню, – дало себя знать. Вопросы она обязательно задаст, но потом, когда угроза исчезнет.
Сам же Мальцев спрыгнул вниз, во двор, торопливо оглядываясь и стараясь вычислить источник тревоги. Центральный корпус Академии, в котором они находились, стоял в самой середине огромного парка, являясь основой и стержнем задуманной архитекторами композиции. Сзади, на востоке, расположились другие корпуса, хозяйственные постройки, общежития и гостиницы, на запад шла длинная аллея, уставленная скульптурами и начинавшаяся от больших чугунных ворот. По образовавшемуся проспекту до места учебы добирались студенты и преподаватели, с боков шли две заасфальтированные дорожки, по которым ходила техника. Вот и сейчас покрытый тентом грузовичок неторопливо фырчал, везя то ли продукты для столовки, то ли…
Не вполне соображая, что делает, Мальцев ударил по машине «стрелой огня». Один из слабейших знаков атаки возник непроизвольно, псион сначала бросил его – и только потом задумался: зачем? Не на войне же он. Однако старое, мудрое и всеведущее существо, сидящее внутри каждого пророка, на вспышку ужаса не отреагировало. Успокойся, словно бы говорил дар. Ты все делаешь правильно.
Времени рефлексировать у Дракона оказалось совсем немного. От силы четверть секунды, прошедшие между началом создания знака и сильнейшим взрывом, сотрясшим здание позади. На месте машины осталась здоровенная воронка, стекла в Академии повылетали, самого же «автора» знака ударной волной отбросило на стену. Но, как говорится, нет худа без добра – наложенная защита с легкостью приняла на себя инерцию столкновения, зато в Академии в тот же миг начали создаваться знаки.
Скорость реакции псиона значительно превосходит таковую у простого человека, причем по мере роста способностей и перехода на следующий уровень разница увеличивается. Повышается проводимость нервных клеток, укрепляются мышцы и сухожилия, мозг быстрее обрабатывает поступающую информацию, на порядок скорее оценивая ее и выдавая приемлемые варианты действий. Если же задаться целью и сознательно развивать перечисленные качества, совершенствуя и без того измененный организм по специально разработанным методикам, то результатом станет настоящая боевая машина, справиться с которой стоит дорогой цены.
В течение первых пяти секунд находившиеся на территории Академии бывшие сотрудники СБР перешли из добродушно-расслабленного состояния в полную боевую готовность. То есть создали защитные знаки предельно возможного уровня – благо непосредственной опасности не видели и могли потратить время на то, чтобы укрепиться по максимуму, отсканировали окрестности и попытались связаться с ближайшим командиром. Иными словами, с псионом, чей уровень хотя бы на один выше. Вбитые в подкорку рефлексы оказались сильнее расслабляющего влияния мирной жизни и пробудились в нужный момент.
