Голова другого пресмыкающегося появилась так неожиданно, что Гор чуть не упал на землю от ужаса. Но так как враг появился прямо перед ним, а плазмач все еще находился у него в руках, то Гор толком и испугаться не успел. А из грозного оружия уже вылетела молния, моментально развалившая уродливую голову на две части. Хищник даже полностью ее поднять не успел, как его тело начало биться в предсмертных конвульсиях. А Гор как стоял, так и застыл, не в силах больше сдвинуться с места.
Брук с Эолой тоже испуганно смотрели на еще одного, пораженного Гором, врага, и тоже будто оцепенели.
– Что-то мне перестает нравиться этот гадючник… – чуть слышно прошептал Брук, присматриваясь и наводя свою видеокамеру на подыхающего монстра. – Как бесшумно он появился! Ни ветка нигде не содрогнулась, ни листик не затрепетал!..
– Точно так же, как и в первый раз, – все еще дрожа всем телом, ответила ему Эола. – Пошли отсюда как можно скорее! Ведь если появится третий, то так легко нам уже не отделаться. Ты сможешь ити, или тебя прийдется нести?
Брук поднялся на ноги и сделал несколько неуверенных шагов в направлении Гора.
– Я пойду сам, – заявил он, с некоторым побаиванием посматривая на убитых Гором животных. – Не думаю, что у меня что-то повреждено. Ведь он меня только проглотил, а не пропускал сквозь свои зубы. Но таких трюков мне и вправду больше проделывать не хочется.
Взяв необходимый пелинг, путешественники снова двинулись к такой уютной и безопасной капсуле гравилета. Впереди снова шел Гор. Подсознательно чувствуя ответственность за таких неопытных путешественников, какими оказались Брук и Эола, он с еще большей настороженностью всматривался в очертания кустов и деревьев, стараясь первым увидеть любого врага, пожелавшего неожиданно напасть на них. Он уже не боялся этого чудесного оружия чужаков, с которым ему теперь не страшен был любой охотник этого неприветливого леса. Его не ужасал небесный огонь, которым он так хорошо научился управлять. Его дубинка осталась лежать где-то на месте битвы с неведомыми ему тварями. Но он почему-то даже не вспомнил о ней. А этот чудесный плазмач он теперь даже Эоле не отдаст.
После такого неожиданного спасения от страшной опасности исследователям ничего в мире не хотелось так сильно, как просто оказаться в знакомой кабине гравилета и наблюдать за этой жестокой борьбой за существование только со сторны, не подвергая себя опасности непосредственно. И ничему они не радовались так сильно в последние дни, как чудесному виду своего волшебного аппарата, который неожиданно открылся перед ними после такого длительного и трудного перехода.
А вокруг них так же тихо шумел под легким ветром сумрачный, полный неимоверных опасностей лес. И не было этому лесу ни конца, ни края. Он как бы притягивал к себе своими неисчислимыми тайнами. Но, в то же время, и предостерегал от легкомысленного поведения в нем. Не лишенный могучей и еще не познанной ими красоты, он не оставлял надежды на новые свидания с людьми и будто верил в то, что они еще когда-то подружатся и он – лес – перестанет быть пристанищем опасностей для своих новых друзей.
Гор думал, что после такого опасного приключения пришельцы больше не захотят путешествовать по телу Матери. Разве что будут осматривать его с заоблачной высоты, не решаясь ступить ни в тень лесов, ни на необозримые просторы лугов, ни в сыпучие пески пустынь. На следующее утро он даже к гравилету не подступал. С хмурым видом бродил вокруг звезды, не зная, куда деться и чем заняться, чтобы не было так скучно. В руках у него явно чего-то не хватало. Но он еще долго никак не мог сообразить, чего же именно не хватало. Оказалось, что не хватало его дубинки. Дубинки, к которой он так привык за годы жизни в Долине и которая когда-то ему была так необходима при охоте на Гну.
Все вокруг Гора было таким родным и знакомым. Вот уже много лет здесь ничего не менялось. Он был в своей Долине, в своем мире, но с ним что-то было не так. Впервые в жизни он не находил себе места. Места, где бы его пещерная душа могла успокоиться и где бы он чувствовал себя уверенно и непринужденно.
Ни Брук, ни Эола из звезды не выходили. А сам Гор не решался разыскивать их там. Как и прежде, он продолжал ночевать в своей пещере. Никакие уговоры Эолы не могли его убедить в необходимости менять свои привычки и оставаться спать в звездолете. Он теперь без боязни мог заходить в выделенную ему каюту. Замкнутый простор уже не шокировал его. Ведь на стене всегда успокаивающе поблескивала красная звездочка, которая в любой момент могла выпустить его из этой тесной пещеры. Но зачем ему это?
