Внутри было достаточно много бойцов, которые оборудовали себе временный лагерь. Уже запустили пару магических генераторов небольшого размера, к которым подключили освещение и ещё кое-какое оборудование. На моих глазах один из магов вытащил из ниоткуда сразу несколько больших сумок с чем-то. Понятно, с ними маги, которые умеют создавать подпространства, поэтому они могут путешествовать с максимальным комфортом.
Один из бойцов тёрся где-то в стороне, но стоило ему увидеть меня, то он тут же подскочил ко мне.
— Барон, мне сказали вас отвести к тем, кого мы взяли в плен и допрашиваем, — сказал боец.
— Веди тогда, — говорю я.
Впрочем, проводник мне не очень-то и нужен был. Пещера оказалась не такой уж большой, редкие ответвления спустя несколько метров вели в тупики, а ещё повсюду были бойцы, у которых я мог бы спросить дорогу. Но да ладно, дали сопровождающего, значит будем идти за ним.
Такими темпами мы дошли до одного из дальних ответвлений пещеры. Тут было несколько вооружённых бойцов и связанные пленные. Их было всего шестеро и конкретно одного из них сейчас избивали — двое бойцов держали его за плечи стоящим на коленях, а третий бил мужчину по лицу и корпусу. К моменту, когда я подошёл поближе избиение прекратилось, а бьющий заговорил с пленником:
— Чего ты упорствуешь, а? Расскажи то, что мы хотим услышать и всё прекратится. Нужно лишь начать говорить.
— П-пошёл ты, урод, — только и сказал пленный, после чего сплюнул себе под ноги кровавой слюной. — Отсоси мой…
— Лучше всё же не заканчивать эту фразу, — прервал я его, встав рядом с тем бойцом, что избивал этого парня. — Вижу допрос с пристрастием идёт не так уж хорошо?
— Мы пока в процессе, барон, — извиняющимся тоном сказал боец. — Просто не смогли сразу понять с каким… «материалом» нам придётся работать. Эти ребята в действительно совсем отбитые на голову, поэтому не побоялись взять на вас заказ.
— Так это ты Зотов? — Пленный поднял голову и посмотрел на меня. Один глаз у него заплыл, но второй был ещё цел. — Вот фортануло, сам явился. Осталось только освободиться и кокнуть тебя — тогда денюжки мои, хи-хи-хи.
Мои брови невольно поползли вверх. Всё это могло быть обычной пустой бравадой. Однако я уже начал считывать эмоции этого человека по его ауре и… Ну, немного бравады в его словах действительно было, так-то пленный боялся, что его тут сейчас порешат. Но одновременно с этим проснулась жадность и жажда крови. Он действительно был очень даже не против попытаться убить меня здесь и сейчас.
Этот парень действительно отбитый на всю голову. С такими бесполезно действовать стандартными методами. Не то чтобы у него была хорошая сила воли, он просто упёрт и будет наперекор всем лишь бы доказать какой он крутой. Мда. Действительно очень тяжёлый случай.
Жестом показываю бойцу, что нужно отойти поговорить.
— Как я понимаю все пленные настолько же отбитые на голову? — Спросил я, когда мы оказались подальше от допрашиваемого мужчины.
— Увы, — лишь развёл руками боец. — Мы работали по стандартной программе, но очень быстро пришил к понимаю, что у нас ничего таким макаром не выйдет. Впору было начать действовать иначе, однако тут нам сообщили, что вы вот-вот будете у нас. Поэтому мы решили пока работать по стандартной процедуре, вдруг бы повезло чего-нибудь добиться.
— Понятно. Переходим к другим методам допроса. Скажи, кроме этого отбитого на голову, назови ещё двух таких же из оставшейся пятёрки.
— Ну… Вон тот узкоглазый и сидящий от него слева мужик, — с небольшой заминкой боец указал на конкретных людей пальцем. — Они даже не отбитые на голову, а просто конченные. Да тут всей шестёрки полный набор. Никакой морали, любовь к жестокости, у каждого солидный список тяжких преступлений, почти все заочно осуждены и приговорены к смертельной казни. Но вот конкретно эти двое самые худшие наряду с нынешним допрашиваемым.
— Тот ещё контингент, как я посмотрю. Зато можно без всякий сомнений реализовать одну из моих задумок. Люблю, когда с негодяями можно поступить так, как они того заслуживают. Смотрите и учитесь.
Я вернулся к допрашиваемому и жестами сказал бойцам, что держали его, отпустить бандита и отойти от него. Они выполнили мои указания, теперь можно начать веселье.
— У меня нет на вас время, к тому же вы вообще не заслуживаете того, чтобы с вами возиться, — сказал я. — Поэтому будем форсировать события.
Совершаю пас правой рукой и допрашиваемый тут лишается обеих рук — оказываются отрезаны аж по самые плечи. Конечности падают на землю, кровь повсюду, бандит орёт от боли. А я тем временем пинаю его в грудь, после чего в моей руке появляется мой метеоритный клинок, который я вонзаю в живот пленного. Он вскрикивает, затем секунд пять стонет, после чего замирает, а его глаза закатываются. Всё, он мёртв.
