Никакие мысли о Руке Славы и прочей ерунде больше не имели доступа в его мозг — там безраздельно властвовала Альба. Вернее властвовала бы, если бы не наличие у Толяныча второй, ставшей вдруг на удивление моральной, половины — проще говоря, Фантика. И вроде бы клон должен быть точным слепком базовой личности, а вот поди ж ты. Сбойный, одно слово. Виртуальный Альтер Эго.
Исходя из состояния носителя Фантик квалифицировал сегодняшнюю встречу как явно излишнюю:
— Бойся, рыжих, брат, говорила же тебе бабка-Галина. Так нет, все же угодил в ловушку.
— Тоже мне, еще один гадатель на мою голову. Бойся рыжих, бойся рыжих… Отстань, гнида сбойная, а то обнулю к чертовой бабушке! — застонал раздираемый противоречиями Толяныч, понимая, что обнуление скорее всего невозможно. — Тут что-то делать надо бы, а так не хочется. А он со своими нотациями лезет! Может просто отпереть дверь да и ждать, когда Алька соизволит пожаловать? Но для этого встать все равно придется. Прямо ломка какая-то. И главное, как быстро возникла эта зависимость!
Толяныч имел достаточное понятие о разного рода наркозависимостях, так распространенных нынче, в век легальных препаратов и повального совмещения их с разного рода забавами в Сети. Так что он безошибочно опознал характерные признаки привыкания. Надо что-то делать, ведь при таких темпах вполне можно и «коня двинуть» от полового истощения. Силенки уже были на исходе.
— Посмотри на себя, братан, — взял Фантик инициативу в свои руки, решив, что момент подходящий избавить себя, а заодно и носителя от герцогини. Она активно не понравилась ему еще при первом знакомстве. А теперь он считал, что, либо они оба попадут в окончательную половую кабалу, либо еще что похуже. А вдруг ей, уроженке южного городка, нужна его пусть маленькая, но московская квартира?!! А это, кстати, мысль… — Все тело болит, под глазами синяки, вялый, как… Ну сам знаешь, как что. А уж всю квартиру вульвой провонял. Фу! А что ты сделал с бедной малюткой!
Толяныч вяло почесал в затылке, пытаясь где-то и как-то дать импульс своим аналитическим способностям. По большому счету его не волновали ни неурядицы со спальным местом, ни достачи внутреннего моралиста, ни даже Матрена, фактически объявившая голодовку. А вот что? Определить этого не удавалось, а жажда встречи… Да именно жажда, неистребимое желание вновь погрузиться в сладость обладания рыжей герцогиней нарастало, хоть мяукай. Еще немного, и все благие рассуждения «соседа» полетят к черту. Нет, ну понятно, что лишняя эта встреча, и все тут, но…
— Давай-ка собирайся, братан, — усилил нажим Фантик, видя близящееся окончательное поражение, и тон его был начальственен. — Поедешь на работу. Там вчера зарплата была. Надо бы получить. Да и вообще…
Толяныч попытался, было, вяло отмазаться, что, мол денег еще до хрена, а времени — вагон, и, мол, он обещал уже встретиться, а слово держать надо. Вот, мол, дождется звонка и скажет, что, мол, дела появились, и тэдэ и тэпэ…
— Хрен тебе через весь торец! — Этот гад был неумолим. — Определитель отключим, и вперед. Тоже мне — ебарь-террорист. А эта шалава никуда от тебя не денется. Надо же показать ей, кто в доме хозяин. — Привел «сосед» самый убойный аргумент. И убедил.
Толяныч еще помялся — брать или нет с собой Старичка — и все же решил не брать. Бросил в тайник, чтоб Татоше было не скучно, чмокнул Матрену в ухо — пока девочка, ты за старшую. И покинул родной дом.
Впервые клон взял бразды правления в свои виртуальные руки и надо признать, своего добился.
В тех-центре, в окружении двух хвалящихся выпотрошеным нутром компьютеров, сидел лишь похожий на червивый мухомор Макс, мучаясь похмельем столь продолжительным, что оно грозило стать перманентным. Приятно припахивало кислотами и разогретой канифолью.
— Здорово, Маленький!!! Ты что это такой печальный?
— Трезв… — трагически сказал Макс, поигрывая плечами греко-римского борца. — Трезв, как собака.
Толяныч жестом второсортного фокусника выхватил из пакета двухлитровый баллон пива, предусмотрительно прихваченный по дороге. Максу оно пришлось как нельзя более кстати: его движения обрели целеустремленность, направленную на сейф, где хранился технический инвентарь и расходные материалы.
«Говорят: играй — не отыгрывайся, пей — не похмеляйся…» — так подумалось Фантику, пока свеже разбавленный спирт остывал в холодильнике обычное дело для электронщиков, потребляющих казенную пайку по поводу и без него. А еще через пару часов Толяныч напрочь забыл о своей герцогине, и хандра ретировалась несолоно хлебавши. Все возвращается на круги своя: либо бабы, либо водка — отметил он про себя. Видимо иных возможностей расслабиться не дано.
