Гремлин выплясывал вокруг меня в точности как голодный кот, наконец-то дождавшийся хозяйку и старающийся напомнить о себе. Я даже ненадолго прониклась его настроением. Вернулась чуть назад, к беседке, и отсчитала двадцать шагов.
Видимо, имелись в виду всё-таки мужские шаги, потому что подозрительный камень я заметила порядком дальше, чем остановилась, закончив счёт. И наконец-то поняла, почему гремлину понадобилась именно ведьма. Только она способна вскрыть тайник другой ведьмы без шума, пыли и ущерба для содержимого.
— Ключ мог бы и стащить, — проворчала я, опускаясь на колени и принимаясь изучать запирающие печати.
Налепила их моя неизвестная коллега от всей души, только в первом слое я насчитала шесть, а под ними виднелись ещё несколько. Честно сказать, на первый, да и на второй взгляд создавалось ощущение, что ключ тут не поможет. Тот, кто с ним сюда придёт, рискует остаться не только без книги, но ещё и без пальцев.
— Пытался, — мрачно буркнул гремлин.
Я действовала очень аккуратно, но всё равно, распутав и сбросив первую печать, охнула от болезненного укола и сунула палец в рот. Повезло, крови не было. В наличии тут подарочка в виде проклятия я уверена не была, но исключать подобное не спешила.
Вообще чем дольше я возилась с печатями, тем больше уверялась, что запечатавшая тайник ведьма была Шолтану подельницей не добровольной, вот и отомстила, как смогла. Сделала всё, чтобы вскрытие тайника стало как можно большей проблемой. В идеале — чтобы заполучить содержимое не удалось ни первому, ни второму смельчаку, взявшемуся его открывать.
— Долго ещё? — тронул лапой мою ногу гремлин.
— Почему у тебя не получилось ключ достать? — вопросом на вопрос ответила я, тряся рукой, чтобы дать хоть небольшой отдых пальцам.
— Метка смерти, — коротко ответил нечистик.
Я нервно сглотнула и очень порадовалась, что не успела взяться за последнюю печать, иначе быть бы мне без пальцев, да ещё и проклятой. До книги-то некромант, направляющийся сюда с ключиком, может, и не доберётся. А вот до меня — запросто. И останется от меня по итогам этой встречи немногим больше, чем от книги.
— А ты…
Хотела спросить, насколько гремлин уверен в том, что маг не попадёт сюда раньше утра, но закончить этот риторический, в общем, вопрос мне не удалось. К счастью, не удалось и выудить из кармана всё-таки прихваченный с собой флакончик. Пальцы до сих пор едва слушались.
— А ты точно сумасшедшая, — констатировал Рэйн, глядя почему-то на поджавшего хвост и прижавшегося к моей ноге гремлина.
— Как ты меня нашёл? — спросила я, чтобы просто перестать сидеть тут с открытым ртом, как полная дура. Хотя почему как? Она самая и есть, чего скромничать.
— Не знаю, чем вы тут заняты, — неожиданно сухо прозвучало в ответ, — но заканчивайте побыстрее, скоро сюда дойдёт патруль.
— Ты-то почему их боишься? — довольно беспечно и даже слегка насмешливо поинтересовалась я, наконец-то принимаясь за последнюю печать. — В случае чего скажем, что искали тут травку от бессонницы. То есть, я искала, а ты просто не мог отпустить меня одну на такое опасное дело.
— Здесь слишком много тех, кто меня не очень-то любит, — несколько неохотно, но всё же объяснил Рэйн. — И даже не только из-за Шолта, хотя друзей у него немало. У меня и своих врагов хватает.
— И ты полагаешь, что они, возможно, будут рады тебя пристукнуть, якобы приняв за вора или шпиона? — помрачнела я.
— Пристукнуть меня они сумеют вряд ли. Но вот выставить изменником, обвинившим уважаемого магистра Иллара, чтобы отвести подозрения от себя, попытаются обязательно.
— Всё! — выдохнула я.
Камень дрогнул и вывалился на землю с глухим стуком. Запустив руку в образовавшееся углубление, я схватила книгу и в свете догорающего фонаря едва разобрала полустёртые буквы на кожаной обложке. Кажется, это была та самая книга, украденная у магистра Ланкера.
— Бежим! — заверещал гремлин, сильно дёргая меня за рукав.
Бежать предлагалось, разумеется, только нам, сам нечистик попросту исчез. Хорошо хоть предупредил, и на том спасибо. Но ничего, я ещё его поймаю и поговорю насчёт этой истории. Не захочет объяснять добровольно, заставлю. Сам обещал мне выполнить любую просьбу, почему бы и не эту?
Ноги затекли порядком, так что выпрямилась я не без труда, сунула книгу за пазуху и начала спешно прикидывать пути отступления. Лучше всего, пожалуй, было уходить как и пришла, там хоть крапива была примята немного. Одно плохо — фонарь почти уже погас.
Пожаловаться Рэйну на недостаток света я не успела. Его, этого самого света, стало вдруг столько, что слёзы брызнули из глаз. И звук при этом был такой, будто кто-то по колоколу столичной ратуши кувалдой со всей силы ударил. Я даже на ногах не удержалась, качнулась к стене и сползла по ней на землю.