- Я практически трезв, - действительно, каким-то слишком трезвым голосом ответил Вадим.
- Значит, нажрался я. И меня глючит. Вон уже и жизелей по сцене с три десятка скачет…
- Это виллисы. Я хочу тебя, Дэн, - шепнул в ухо жарко. Говорят, человек в состоянии сильнейшего эмоционального потрясения цепенеет, и перед глазами проносится вся жизнь, даже мысли в голову умные приходят. Что ж, у тебя появилась реальная возможность это проверить на собственном опыте.
Ты оцепенел, перед глазами пронеслись последние две недели, но умные мысли не посетили.
- Вадим, хорош прикалываться? - со стоном, то ли спросил, то ли попросил ты. Вадим слегка передвинулся, взял в свою руку твою ладонь и положил на свою ширинку. Весьма оттопыренную ширинку.
- А разве похоже, что я прикалываюсь? - вот черт…
- Вадик, это все коньяк. Я не гей, ты не гей, у тебя, наверное, просто женщины давно не было, - ну, за себя Вадим не говорил бы так однозначно. Ему, по сути, всю жизнь было все равно: мальчики, девочки. Если хорошо, то какая разница? Лишь бы он оставался топом. Его до кругов перед глазами заводила мысль, что у Дэна никогда не было мужчины, что он будет первым (а что все-таки будет, он не сомневался, никто не мог отказать Вадиму Воронину) и единственным, уж за этим он проследит.
- Поехали ко мне после спектакля, - не обращая внимания на зарождающуюся у тебя истерику, сказал Вадим.
- Никуда я с тобой не поеду, - как-то даже зло ответил ты, на глаза навернулись слезы. - Чтобы ты меня там изнасиловал, да? - мысль, была, бесспорно, заманчива, но Вадим не был бы КМС по шахматам, если бы не умел вовремя притормозить, не сдавая, впрочем, завоеванных позиций. Дэна он хотел добровольно.
- Прости, Дэн, я веду себя как последний урод, - Вадим продолжал поглаживать тебя, но уже без прежнего напора. - Наверное, пойло паленое попалось. Конечно, мы не геи, и никто никого насиловать не собирается, - ты расслабленно откинулся на спинку стула.
- Ну и напугал же ты меня, Вадик, - выдохнул с облегчением.
- Я тебе настолько неприятен? - ты задумался. Нет, он ни в коем случае не был тебе неприятен, более того, ты находил его во всех смыслах достойным восхищения, но переспать с ним… Это нечто совсем иное. Ты колебался с ответом, и обидеть не хотел, и согласиться не мог.
- Нет, ты мне не неприятен. Просто я предпочитаю женщин, - молодец, похвалил себя, ответил именно так, как надо.
- Просто ты не пробовал мужчин, - спокойно возразил Вадим, перенеся взгляд на сцену. Ганса давно уже утопили в озере, Жизель и Альберт изо всех сил сопротивлялись подобной участи для Альберта, близился финал.
- А ты? - ты перевел дух, прежде чем завершить вопрос. - Ты пробовал?
- Да.
- И как? - Вадим улыбнулся, возможно, он поторопился поставить крест на сегодняшнем вечере.
- Что как? - решил помучить.
- Как, с мужчинами?
- В смысле, понравилось ли мне?
- Угу…
- Да.
- Просто “да”?
- Милый, ты что, подробностей хочешь? - с улыбкой спросил Вадим, а ты сидел и не знал, как реагировать на “милого”. Мудро решил, что никак.
- Ну, не подробностей, но не просто же “да”… Как это, с мужчиной? - спросил ты с какой-то детской непосредственностью. Вадим почувствовал, что снова возбуждается. Как-как, через зад, хотелось ответить, но он понимал, что Дэн не готов услышать такие подробности, поэтому сказал:
- Это по-другому, Дэн, иначе психологически. С женщиной же как? Ее возбуждение и готовность к акту любви не столь очевидны и бывают обманчивы, у мужчины все проще в этом смысле, - выпили еще. Близился рассвет, спасенный Альберт и мертвая Жизель прощались навсегда. - С мужчиной на равных, ты по себе знаешь, что именно может доставить максимальное удовольствие партнеру, не боишься делать резких движений, это как с самим собой, Дэн, со своим отражением, - ты слушал, раскрыв рот, никогда не думал о гомосексуальных отношениях в таком ключе. Как с собой… Занавес. Аплодисменты. Японцы наперебой делились впечатлениями, позволив помолчать и привести мысли в порядок. Вы попрощались, усадили их в заказанное заранее такси до гостиницы и пошли к машине, которая должна была отвезти тебя домой.
- Куда, Дэн? - ты задумался. Нет, ты точно ненормальный, если размышляешь, куда ехать ночевать.
- Домой. Ко мне.
- Ленинский проспект, - сказал Вадим водителю. Он решил не настаивать сегодня, вечер и так оказался небесполезен. До дома ехали в молчании, договорились, что завтра прямо с утра приедешь на Пушкинскую с ноутом и эскизами.
Жена, как оказалось, не спала, поджидая тебя. Сказать, что Маргарита была поражена, увидев в дверях пьяного и растрепанного мужа, ничего не сказать.
- Ого, - только и прошептала. - И откуда это мы такие? Эскизы показывал? - ты снял пиджак, повесил его на вешалку и прошел в ванну. Зажурчала вода. Маргарита никогда не имела привычки лазать по чужим карманам, но из пиджака так маняще что-то выглядывало. Рита не удержалась и вытянула из кармана программку балета, покрутила в руках, с силой отшвырнула в другой конец прихожей, закрыла лицо руками и разрыдалась.
***
