- Зачем? Ногами, Вадик, ногами. Мы гулять вышли, а не кататься, - тебя очень позабавило его вытянувшееся от удивления лицо. - Огибаем Эрмитаж, и перед нами открывается Дворцовая набережная и Дворцовый же, удивительно, правда, мост, - тоном заправского экскурсовода вещал ты. - Посмотри на главные со стороны площади ворота Зимнего дворца, сиречь Эрмитажа. Если смотрел фильмы о революции, то обращал внимание, что вооруженные до зубов революционеры ломились именно туда, а оттуда с легкостью попадали в императорские покои. Так вот, ничего подобного. Во времена правления Николая второго там были конюшни, а вход располагался в другом месте, - Вадим хмыкнул. - А еще есть версия, что императорской семьи тогда вообще в городе не было, а флаг не спустили специально, типа все в порядке. Только не спасло это их, - как-то грустно закончил ты. Вадим чмокнул тебя в нос.
С моста открывался захватывающий вид на Петропавловскую крепость, кунсткамеру, университет, виднелся купол Исаакия, шпиль Адмиралтейства.
- Самым высоким зданием в городе считается Исаакиевский собор. По идее, запрещено строить здания выше него, но, по-моему, там уже давно все куплено, сейчас тридцатипятиэтажный дом достраивают. Этакий монстр из стекла и бетона.
- Дэн, а почему ты ушел из архитектуры в дизайн?
- Да надоело сидеть в КБ, просчитывать предельные нагрузки для тупоголовых архитекторов с именем. Без имени здесь делать вообще нечего, шагу ступить не дадут, а быть всю жизнь у кого-то на подхвате… Не мое это. Поступил в международную школу дизайна в Москве, прошел несколько стажировок в Лондоне и Милане, а потом открыл свою студию. И вот, уже делаю особняк самому Вадиму Воронину. Большой шаг вперед, однако, - смеясь, встретился с бездонным взглядом красивых карих глаз.
- Я рад, что встретил тебя, Дэни, - просто сказал Вадим, а у тебя чуть слезы не навернулись от нахлынувших эмоций. Ком в горле мешал говорить, ты только кивнул и потянулся губами к такому манящему рту.
- Милый, здесь люди, а Питер - не Амстердам. Мне-то все равно, я могу хоть сексом с тобой на мосту заняться, но ты вроде как сам не хотел афишировать… - наваждение словно холодной водой из Невы смыло.
- Да, конечно, - прошептал хрипло. - Продолжаем экскурсию. Это ростральные колонны.
- Да ты что? - приподняв брови в шутливом удивлении, спросил Вадим.
- А ростральными они называются потому, что украшены носами корабля, от латинского rostrum. Это маяки, причем исправно функционирующие. У них даже смотритель есть. Первая ростра была сооружена на форуме в Риме в честь победы над карфагенянами в морском сражении при Милах примерно в двести шестидесятом году до нашей эры. Это, как ты знаешь, период первой Пунической войны.
- Чего? - только и сказал обалдевший Вадим.
- Забей, - усмехнулся ты, - это не для средних умов.
- Это ты кого тупым обозвал? - прорычал любовник, бросившись на тебя. Ты успел отскочить и, смеясь, побежал в сторону моста к Петропавловке. Вадим не отставал. Ты споткнулся, Вадим схватил, шепнул, прижимаясь всем телом:
- Ох, и отдеру я тебя дома.
- О, да-а… - глумливо прошептал, поняв, что и ты, и он не на шутку возбудились. - Так вот, - делая вид, что все нормально, продолжил. - Первым строением в Санкт-Петербурге стала Петропавловская крепость. И, если перестанешь меня лапать, ты ее увидишь прямо перед своим носом. Но, возводимая именно как крепость, очень скоро она стала тюрьмой, где сгинуло немало неугодных короне людей. Княжна Тараканова, например. Бедная молодая женщина была вероломно соблазнена императорским фаворитом и, по одной из версий, забеременела. Так она и сидела здесь, голодная, холодная, беременная, с крысами и подтопленным полом. А потом заболела и умерла, - совсем печально закончил ты.
- Это ты меня разжалобить хочешь, что ли? Все равно отдеру, - ты рассмеялся, Вадим ласково улыбнулся. - А что там сейчас?
- На территории, разумеется, собор с захоронениями царей. А так есть экскурсии в казематы, проводятся различные выставки. Еще студентом я ходил сюда на выставку орудий пыток инквизиции - дыба, испанский сапог, мне понравилось. А на пляже Петропавловки летом проводят выставку песчаных скульптур, а зимой - ледяных. Мы с друзьями как-то зимой с дворцовой набережной увидели, что у Петропавловки выставка ледяных скульптур. Зима была очень морозная. Обходить не хотелось. Мы перелезли через парапет и пошли по замерзшей Неве. Лед оказался вовсе не таким ровным, как казалось с берега, сплошные колдобины, а еще жуткий треск. Казалось, что сейчас лед как треснет, и мы провалимся. Вот уже несколько лет по Неве ходит ледокол, чтобы больше таких сумасшедших не было. Куда еще пойдем? На Исаакий?
- Веди, - просто сказал Вадим, беря тебя за руку. Ты тихонько сжал его пальцы, наслаждаясь прикосновением.
- Сейчас 23.20. У нас ровно два часа до мостов. Дворцовый и Благовещенский разводят одновременно, где-то около половины второго. Думаю, на машине до собора прокатимся.
