Выпущенный из рук кусок бумаги, перед тем как потухнуть успел осветить дно, но не было привычки определять в таких условиях расстояние «на глаз», поэтому он даже и не рассчитывал угадать. «Сколько есть – все мои!» Тот самый случай, когда народная мудрость – в тему. Одно стало понятно совершенно однозначно: ему не выбраться отсюда в темноте, а значит, нужен какой-то внешний источник света. Достаточно яркий и надежный, потому как остатками бумаги вопрос не решить.
«…О, Господи!»
Игорю впору было бы кричать что-то вроде «Эврика!», но он был родом из бывшего СССР, а не древней Греции, и оттого оказался склонен совсем иначе выражать удивление. Только окончательно успокоившись, отбросив страхи и перестав метаться в мыслях, он сообразил, что же мучало все время после падения с башни. То самое умение, которое он обнаружил в себе сравнительно недавно, «высветило» на некоем внутреннем радаре живое существо. Безусловно, чем-то знакомое. Оказывается именно это знание «зудело» в его подсознании последние часы.
Это был явно человек. По крайней мере, в этом Игорь могу быть уверен на все сто процентов. Выждав еще некоторое время и уверившись, что «некто» по-прежнему неподвижен, вместо того, чтобы «злобно подкрадываться», бывший землянин все-таки согласился с интуицией.
«Ну да, смутно знаком, но не узнаю, потому что видел очень недолго. Точно! Это же ярл! Все еще жив поганец…»
Плюнув на экономию бумаги, Игорь решил пожертвовать еще несколько листов, и через минуту убедился что прав. Его врагу повезло куда меньше.
После того, как они «расстались» тот, скорее всего, ослабел, и на этот раз при падении с высоты просто не смог усидеть внутри защитной ячейки. Она, кстати, по-прежнему уцелела. И своей левой – невезучей половиной тела, – ярл находился под ней.
– Твою дивизию! – вздрогнул Игорь, когда глаза соперника открылись и невидяще заморгали в свете колеблющегося пламени еще одного письма. Хундинг не сразу смог рассмотреть его после всей этой многодневной темноты.
– Убей меня! – голос прозвучал сипло, но неожиданно уверенно, и… как-то совсем бесстрастно.
Сразу же стало понятно, что попавший в ловушку соперник очень-очень далеко ушагал по Последней Тропе. Ему вдруг стало ужасно жалко умирающего, и от этого все стало выглядеть… как-то совсем неловко.
Нет, Игорь по-прежнему понимал, что случись все иначе, и тот бы придумал ему немало по-настоящему болезненных «приключений» за попытку скинуть его род с трона. Но легче от этого не становилась. Игорь жег письмо за письмом и вглядывался в бесстрастное лицо. Ему просто мучительно «надо было» найти причины для ненависти, но вся его жизнь была слишком беззаботной, чтобы выработать такой навык. Поэтому тишина лишь накапливала неловкость.
На самом деле у него ведь не было причин для вражды именно с этим человеком, кроме как желание жить «своим умом». В смысле не под крышей у ярла ивингов. И именно из-за этого он вмешался в драку за власть в здешней марке, перебил и пленил кучу народа. Самое главное, что Игорь не испытывал стыда. Просто неловкость. Но неловкость удивительно душную и всеобъемлющую.
От нее становилось трудно дышать. Хотелось найти какие-то слова, чтобы оправдаться. Но оправдываться-то было вроде и не за что. Уж по местным-то представлениям Игорь точно был кругом молодец, и лежащий просто не понял бы всей этой ерунды. Игорь же на самом деле ни кого не предавал. А захватить чужую землю – в местных представлениях это сплошная доблесть.
– Они все равно не признают твою власть. Даже если выживешь и выберешься отсюда! – ярл приподнялся на своем единственном свободном локте и, сверкая окровавленными белками в пламени предпоследнего письма, принялся в упор сверлить его взглядом.
«Фух» – внутренне выдохнул Игорь. Действительно, так было намного легче. Намного проще найти причину для вражды, если кто-то тебя так искренне ненавидит.
– Признают. Уже считай, что признали. Кстати, раз уж у нас с тобой беседа, куда вы дели того стража, что для своего непутевого рода приберег Старый Хунд? – неожиданно спросил Игорь, стараясь скрыть испытанное сейчас облегчение.
– Не знаю, – прохрипел обессилевший воин и откинулся на свое каменное ложе.
– Что? Правда, будешь врать даже перед смертью?! Здесь только ты, я и ваши боги. Их – не обмануть, они знают, ты – уверен тоже! Получается, хочешь только меня оставить в неведении? – хмыкнул Игорь. – Какая тебе разница-то?!
– Может ты и не сдохнешь, – ярл недолго помолчал, и обреченно добавил. – Так пусть хоть о чем-то будешь в неведении…
– Вот ты… – удивленно протянул Игорь, ему хотелось сказать «болван», но это было все-таки не совсем правильно. – Тебе-то какая теперь разница?! В общем, ладно, хочешь помирать в тишине, не буду мешать. Только имей в виду, я рисковать не стану, и заберу твою голову перед уходом. Не хватало, чтобы пошли слухи, что ты уцелел, и вот-вот вернешься…
