Забегая вперед, могу сказать, что по дороге назад на весла усадили уже всех, но вернулся отряд лишь накануне ухода из окрестностей спасенного замка. И не весь. Переплачивать «за срочность» было бесполезно. Поэтому шестеро бойцов, потерявших руки или ноги, остались восстанавливаться при тамошних храмах. Это считалось распространенной практикой.
К моменту возвращения «медицинского» отряда, в их лагере собралась уже большая часть собственной армии Игоря и все, кто решил добровольно присоединиться к новому претенденту.
Действительно, большинство западных кланов в последние несколько месяцев изрядно натерпелись, как от последователей хундингов, так и от союзников белых соколов. Поэтому не успела весть о победе разнестись по анклаву, в лагерь Ингвара Чужеземца зачастили гости. Не все из них званые, но ожидаемые – точно.
Впервые же три дня явились переговорщики от восьми ближайших родов. Точнее – самых слабых из них. Они довольно охотно принесли клятву верности, признав нового ярла, и тем самым добавив его претензиям веса.
Дальше все происходило по принципу «снежного кома». Однако пример оказался далеко не для всех «заразительным».
Кстати, свой отпечаток на ситуацию наложил факт, что в последующие дни налеты на потенциальных подданных Игоря совершенно прекратились, поэтому два главных соперника нового претендента решили «еще подумать», вместо того, чтобы однозначно выступить против. Как и часть их союзников. Но самой настоящей удачей стал факт, что объединиться между собой эти кланы все же не смогли. Отчего у них оставались и вовсе мизерные шансы сохранить независимость.
Потенциальные совместные силы «сепаратистов», позволяли собрать минимум 500-600 бойцов, а в лагере у замка Серебряного Ветра собрались лишь 988 конных и пеших мужчин. Очевидное, но не подавляющее преимущество. Хотя воинские умения приведенного хирда, конечно же, значительно превышали достоинства даже здешнего ополчения племен, снаряженного куда лучше, чем это в среднем принято среди фризов.
Все это было прекрасно известно и самим «упрямцам». У них, несомненно, имелись «доброжелатели» среди пришедших в лагерь нового претендента. Но, не смотря на явную бессмысленность сопротивления в такой ситуации, две обособленные группы западных вождей все еще чего-то выжидали.
Чтобы получить ответ именно на этот вопрос, на одиннадцатый день после победы войско Игоря наконец-то покинуло земли рода Серебряного Ветра. И свежая, почти тысячная армия могла быть уверена в своей возможности получить любые ответы.
Кстати, по сведениям лазутчиков дела шли неплохо не только на западе марки. Общий ход войны тоже складывался далеко не на пользу местных претендентов, поэтому молниеносный блицкриг однозначно не светил ни одной из сторон.
* * *
Хундинги, не смотря на потерю почти четырех с половиной сотен воинов, продолжали оставаться сильнейшими, но их преимущество перестало уже быть решающим. Особенно в ближайших окрестностях – здесь, на севере марки.
По оценкам лазутчиков из числа новых подданных Ингвара Чужеземца, после недавней бойни у них уцелело в лучшем случае 120-150 воинов. Точнее было не узнать, потому что город сел в осаду, и просто так в него было не проникнуть. Правда, поначалу казалось, что есть хороший шанс заметно уменьшить еще и эти силы.
Уже на следующий день после отплытия в Персу раненых, разведчики сообщили о подходе подкрепления к уже несуществующей осадной армии. К этому моменту совместная с воинами Тарена Терпеливого засада была подготовлена по всем правилам и народ предвкушал очередную победу. К сожалению, еще немного улучшить счет в матче на звание ярла треверов объективно не получилось.
Трудно представить общее разочарование, когда навстречу девяти вражеским баркасам прямо на глазах притаившихся воинов, откуда-то из кустов выскользнула узкая лодчонка с тремя выжившими, но не сбежавшими северянами. На судах помимо почти восьми десятков человек, явно имелись какие-то припасы, и отобрать их было бы вдвойне приятно, но караван принялся с энтузиазмом грести в обратную сторону, все дальше увозя добычу.
Можно было спустить на воду несколько захваченных баркасов, и попробовать догнать улепетывающих врагов, но Игорь решил не рисковать. Этот отряд ничего особенно не решал, а потери в такой ситуации обязательно были бы. При этом Игорь был уверен: пока не разрешится вопрос с местными упрямцами, каждый воин на счету и такие проблемы особенно некстати.
Стоя на берегу, среди бойцов выкрикивающих оскорбления вслед уходящим судам, Игорь тогда только разочарованно сплюнул, и ограничился приказом расходиться. Перед этим, правда, велев еще раз прочесать берег, а на следующее утро, отправив несколько отрядов рейдеров против ближайших селений северян, чтобы как-то сгладить впечатление от неудачи.
