Во-первых, «точки ожидания» нужно было подобрать не ближе пяти, и не далее семи километров от назначенного места встречи (не более полутора часов даже ночной скачки), при этом с минимумом шансов быть обнаруженными раньше времени. Во-вторых – стоянки должны были находиться у единственных трех дорог, как раз и ведущих к нужной ферме. И в третьих, обязательно давать возможность надежно укрыться от случайных прохожих или даже вражеской разведки, но при этом гарантировать хорошую видимость неба над брошенной фермой.
Поэтому-то стоило нападающим начать втягиваться в оставленный для них проход, как Игорь отдал очень простой и понятный приказ одному из лучников-телохранителей. Теперь можно было не переживать, что враги вдруг передумают драться, и нужно было вовсю вызывать притаившуюся неподалеку помощь:
– Пусти зажженную стрелу в сторону наших гостей, но так, чтобы она полетела, по как можно более высокой дуге. Пусть взлетит так, чтобы ее видели отсюда и до …Асгарда! Если нам сегодня к рассвету придется все-таки посетить Вальхаллу, не хочу долго стучать в ворота.
Не смотря на все равно немалый риск расстаться с головой (а у местных это было обязательное условие победы), произнести свою немудреную шутку землянину удалось без дрожи в голосе. Три десятка его самых опытных и умелых хускарлов, перегородившие проход щитом к щиту, отозвались на нее воинственным ревом.
«Ингвар! Ингвар! Ингвар!» – приветствовали они своих будущих убийц. Ну, или жертв. Тут как решат боги. Решение их не предсказать, но одно утверждать можно было определенно: небожители в здешних краях были куда как далеки от идей всепрощения, или даже простой снисходительности.
Все что Игорь уверенно мог сказать о здешней вере, так это отсутствие сомнений, что здешние боги (и асы, и ваны, и жители пантеона принесенные кельтами, и идолы янгонов) всегда готовы были принять волю своих последователей, если они доказали ее с оружием в руках. Правда, «мошенничать» они не запрещали. Да что там говорить: некоторые, в зависимости от злокозненности характера, даже поощряли находчивость своих последователей в этом вопросе. Несколько таких «хитростей» приготовили и обороняющиеся.
Первой из них стали два самых тяжелых бревна, среди найденных на ферме. Их размеров никак не хватило бы, чтобы считаться баррикадой, но уложенные поперек прохода, они лишали нападающих возможности использовать инерцию и массу своей колонны, чтобы раздавить малочисленных защитников. Необходимость переступать через сравнительно небольшую преграду, уже не давала их строю действовать как единый кулак.
Второй, и уже настоящий воинский сюрприз сработал, когда «горожан» смогли остановить и даже заставить слегка податься назад, для того чтобы сменить растративших свои силы воинов первых рядов. В этот момент, когда голова атакующей колонна стала наиболее уязвима, на них со спины обрушился настоящий прицельный град стрел. Сидя на крышах двух, оставленных в неприкосновенности хозпостроек, и никак себя не проявив за предыдущие полчаса, шестеро хирдманов-лучников сверху вниз несколько минут на выбор выбивали паникующих врагов, пока у них не закончились стрелы.
Все это удалось совместить с лобовой атакой их товарищей. С криком «бей!» хирдманы Игоря проломили и так подраспавшуюся стену щитов, и принялись в восторге резать своих врагов. Десятникам еле-еле удалось вывести бойцов из-под ответного удара, когда опомнившиеся наемники смогли преодолеть растерянность и с яростью бросились в ответную атаку. Но к этому моменту немногочисленный хирд Игоря, снова стоял несокрушимой стеной. Вместе с отступившими под шумок стрелками. Дальше почти полтора часа продолжалась яростная резня, когда врага нельзя ни отойти, ни его обойти. А можно лишь «прогрызть» его щит, долго рубить кольчугу и наконец-то отнять его жизнь. Если, конечно же, не помешают его опытные, и не потерявшие головы товарищи.
Не смотря на все мастерство и великолепное вооружение, к моменту, когда подкрепления с трех сторон начали выплескиваться и охватывать место сражения, на ногах осталась едва лишь треть защитников. Конечно же, не все сраженные были мертвы, и многие тяжелораненные не умерли и в дальнейшем. Но те, кто все же отправился в Вальхаллу, были известны очень далеко за пределами мест, где родились. А потому радость победы была не так уж «безоблачна».
– Если бы мы сразу пришли сюда с сотней бойцов, они бы даже не попытались… – негромко забормотал кто-то особенно эмоциональный, из прибывших на помощь отрядов.
– …и предали бы, когда мы не ждали! – зло оборвал его выживший старший десятник, и тишина на некоторое время снова повисла над пепелищем.
Игорь был благодарен седому воину за отповедь. Сам он был не готов спорить на эту тему, да и не стоило оно того.
– Кстати, – достаточно громким, и одновременно каким-то вкрадчивым голосом заговорил Тарен прозванный «Терпеливым». – Все же понимают, что в Нойхофе, на все их стены, сейчас вряд ли остался хотя бы десяток копейщиков?
