1 – Ингвар Чужеземец, предводитель +9 лошадей (2 аварских мерина и 7 верховых лошадей степной породы)
1 – Рудольф Рихтерсон, сотник +3 лошади
1 – Карл-казначей, интендант предводителя и хирда
5 – «связной офицер» ярла ивингов Эрвина Сильного, с двумя воинами и двумя слугами +10 лошадей
6 – телохранители предводителя +12 лошадей
25 – наставник-хирдман и две дюжины юношей-колесничих, набранных в западном анклаве для обслуживания 20 привезенных из Виндфана боевых колесниц +46 лошадей
120 – дружина (десять «дюжин» отборных универсалов-хирдманов) +144 лошади
300 – Младшая дружина (двадцать две «дюжины» строевой пехоты в составе <44> – мечников-щитоносцев и <178> – алебардщиков, а также – три «дюжины» стрелков <36> – лучников)
Союзные силы (870 + 290 лошадей)
61 – смешанный отряд пехоты (одна «полусотня», собранная из перебежчиков из «северных» кланов Треверской марки) +7 лошадей
98 – легкая пехота (восемь «дюжин» добровольцев из западного анклава) +18 лошадей
179 – всадников (четыре «полусотни» опытных родовых дружинников из ополчения западного анклава) +212 лошадей
532 – тяжелая пехота (четыре «сотни» из ополчения западного анклава) +53 лошади
Гарнизоны и флот – 153 человека
Гарнизон владения «Бринмор» (55 + 63 лошади)
2 – кастелян и мытарь +3 лошади
17 – официальный гарнизон крепости (две «дюжины» хирдманов) +19 лошадей
36 – ополчение родовых дружин (три «дюжины» всадников из ополчения западного анклава), приписаны к крепости +41 лошадь
Гарнизон владения «Виндфан» (98 + 48 лошадей)
1 – кастелян Эрфар Зодчий
1 – Эгир-сотник, комендант и Первый наставник Младшей дружины +3 лошади
9 – хирдманы-наставники Младшей дружины +12 лошадей
12 – официальный гарнизон крепости (одна «дюжина» хирдманов) +15 лошадей
26 – флот (кормчих – <2>, матросов – <24>, при двух драккарах и четырех баркасах-куррахах), приписан к крепости
49 – Младшая дружина (три «дюжины» строевой пехоты в составе <6> – мечников-щитоносцев и <21> – алебардщика, а также – две «дюжины» стрелков <22> – лучника) +18 лошадей
ВСЕГО: 1 476 человек
Правда, общий штурм – дело далеко не сегодняшнее. А вот вопрос с началом полноценной осады да, его нужно решать именно сейчас.
* * *
Игорь многому для себя научился за время недавней войны с горцами. Большинство из его самых близких воинов – тоже, поэтому идею создать несколько вполне независимых фортов для блокировки выходов из города высказал один из полусотников хирда. В итоге было решено разбить большой общий лагеря для войска с самой уязвимой южной стороны, а сразу за пределами действия лучников – еще три небольших временных форта.
Один – должен был «замкнуть» западные – Речные ворота. Учитывая, что там была возможна атака еще и с реки, мало ли какие союзники могут найтись у горожан, в нем должна была засесть одна из союзных «сотен» дружинников. И эту честь себе попросил Тарен Терпеливый.
Учитывая, что в этом отряде из почти 120 воинов больше половины – его же собственные люди, по словам советника, это должно было помочь ему «еще лучше выполнить поручение». Ведь в двух днях пути отсюда, его воинам много лет приходилось защищать родовой замок и одновременно контролировать берег. С этим все согласились, и сразу же выяснилась интересная подробность.
Как, оказалось, выполнять свою – отдельную миссию рядом с основным войском многим показалось очень почетным делом. И сегнаф Бран, надо признать один из самых амбициозных вассалов Игоря, сразу же потребовал себе право возглавить оборону второй очень уязвимой точки осады – форта напротив городской цитадели. Тамошнее укрепление должно было контролировать сразу оба выхода и не очень надежный путь между стенами Нойхофа и ближайшим водоемом.
Надо упомянуть, что в дельте Рихаса, даже так далеко от устья, действовали приливы и отливы. Поэтому часть прибрежной территории подтапливалась в среднем по 10-15 раз в месяц. Именно из-за такой особенности мест для полноценного строительства прямо на берегу было не так уж и много. А расположенное на юго-востоке нойхофское озеро, соединялось с великой рекой небольшой перемычкой. Ну и из-за этого проход между берегом озера и ближайшими стенами половину дня был скрыт под водой, а вторую – представлял собой непроходимую жижу. Однако прямо вдоль укреплений оставалась сравнительно узкая дорожка.
Провести там отряд, враждебный горожанам, было просто невозможно. Со стен бы обрадовались такой глупости и сразу же принялись бы забрасывать неудачников всякой гадостью. Но вот самим обороняющимся эта тропка давала одну неприятную возможность.
Осажденные могли, не открывая цитадельных ворот, выйти через так называемые «Болотные» на восточном берегу Рихаса, и неожиданно ударить по форту, воспользовавшись той самой тропой. Все-таки даже в полной темноте невозможно открыть одни из ближайших массивных и скрипучих врат, и при этом не потревожить часовых в будущем форте. А если так – нападение может получиться и правда, неожиданным.
